Великий Чингисхан и его Вечный дух хранит судьбу любого, кто хоть раз посетил этот сайт!!

 

 Древний русский дворянский род Биркиных ведёт свою ролословную по прямой мужской линии от самого Чингиcхана. Так сказано в летописях и в исторических хрониках. И я, как потомок Чингисхана, надеюсь, что моя литература завоюет сердца всех, кто оказался на страницах моих интернет-ресурсов.


Вселенский Поэт

Александр Грэй-Биркин 

 

 

На странице "Произведения" можно скачать бесплатно все книги автора в одном архивном файле "Александр Грэй-Биркин. Книги.7z" .

или с Яндекс-диска -- https://yadi.sk/d/pVQh3xuCZibVL

А также мои басни -- "Басни Грэй-Биркина" отдельным файлом с Яндекс-диска  -- https://yadi.sk/d/BqS7cI_8ZDqTq

 

 

Это: 

Последние издания:
Книга 1. Александр Грэй-Биркин "Дракон острова Кенгуру", роман-сказка.
Книга 2. Александр Грэй-Биркин. Разговор с камнями. Сборник стихов.
Книга 3. Александр Грэй-Биркин. Здравствуй, Новый год! Сборник стихов.
Книга 4. Александр Грэй-Биркин.
Я -- Вселенский Поэт. Сборник стихов.

Книга 5. Александр Грэй-Биркин. На Земле Иркутской. Сборник стихов.

Книга 6. Басни Грэй-Биркина.
Сборник.

Статья. Александр Грэй-Биркин. "Немного о себе" - автобиография. 

 

Файл "Александр Грэй-Биркин. Все книги.7z"   кроме всех книг содержит  ещё полезные нужные советы --

Файл с инсрукцией, как удобнее всего ставить ударения в текст во Writer (OpenOffice, LibreOffice ...) или в Microsoft Word, в WordPad и в другие редакторы.

 

А также лекарские советы:

1. Быстрое снятие похмельного (посталкогольного) синдрома.

2. Быстрое снятие растройства желудка.

3. Моментальное снятие боли в желудке.

4. Быстрое снятие  тошноты.

5.  Как  быстро  снять  зуд  от укусов  комаров и других            насекомых и мерзких тварей. 

 

Файл "Александр Грэй-Биркин. Все книги.7z" находится на странице "Произведения"

 

 

Скачивайте бесплатно!

_______________________________

 Старт легендарной космической ракеты Восток, которая  распахнула врата Вселенной, и открыла людям путь к другим планетам и к дальним звёздам.   

 

* * *

Ракета медленно взлетает, разгоняясь.

– Поехали! – воскликнул первый космонавт.

Земля дрожит, огонь ревёт, ругаясь.

Планета вечно будет помнить этот старт.

       Александр Грэй-Биркин

(из стихотворения "Гагаринский полёт") 

  

-------------------------------------------------

Я известный пират Эдвард Тич  Чёрная Борода! Заходи ко мне в сказку "Дракон острова Кенгуру"! 

              

 

Отдохнём!!! Я расскажу о себе много интересного! Жду всех! Заходи к самому-самому лучшему и весёлому пирату! 

http://yadi.sk/d/TKe1DOSP9EqrD

Басни

 

 

 Я, Вселенский Поэт Александр Грэй-Биркин, объявляю все свои стихотворения, все свои сборники стихотворных произведений общественным достоянием на вечные времена.    

 

                                                                                                                                                                

Александр Грэй-Биркин

 

               

 

 

Alexander Grey-Birkin

        

 

 

                           Басни

 

 Книгу  "Басни Грэй-Биркина" можно скачать бесплатно со страницы "Произведения" или с яндекс-диска по ссылке  -- https://yadi.sk/d/BqS7cI_8ZDqTq

 

 

 

                     выдано авторское свидетельство

 

 

 

Внимание! Все свои стихотворения, в том числе все мои басни, включая этот сборник,  объявлены мной, как автором, общественным достоянием на вечные времена. Сверх того, по моей воле на вечные времена, как автора, все мои стихотворения или их фрагменты, а также все мои сборники стихов, все желающие могут свободно и без всякой оплаты по отношению ко мне (автору), и без всякого дополнительного разрешения от меня, как  автора, и без всякого договора (контракта) со мной, и без всякого уведомления в мой адрес, распространять в сети Интернет, цитировать фрагменты, а также издавать в виде книг, в том числе в личных коммерческих целях, на безгонорарной основе для автора, и без моего участия. Все мои стихотворения и все мои книги стихов могут свободно распространяться всеми желающими любыми существующими способами, без всякого от меня разрешения, и без всякого уведомления в мой адрес.  Все мои стихотворения и все мои книги стихов могут свободно печататься в бумаге, в книгах, и могут свободно и беспрепятственно, публично печататься и зачитываться в средствах массовой информации по всему миру, в любом государстве, всеми желающими, без всякой оплаты в мой адрес, без всякого разрешения от автора, и без всякого договора (контракта) со мной. Все мои стихотворные произведения и книги стихотворений могут свободно и беспрепятственно переводиться на любые другие языки мира, и на этих языках беспрепятственно распространяться без всякого разрешения от автора, и без всякого договора (контракта) со мной, лишь, с указанием моего авторства. Никаких дополнительных подтверждений не надо. Я заранее и публично, при возникновении проблем, автоматически, даю нужные и необходимые соответствующие разрешения этим своим заявлением.

 

Вселенский Поэт  Александр Грэй-Биркин 

 

 

 

 

 

 

 

 

Оглавление

 

Волк-депутат

Кот Васька и собака Рэкс

Баран начальник и Медведь работник

Комод и шкаф

Депутат Осёл – профессор 

Басня о наркомане

Больной Волк и Лиса богачка

Лихач-автомобилист

Индюк и Петух

Звери и лесорубы  

Будь пешеход ты, или «пешеходка»…

Дуб и Колокольчик

На стоянке стройтехники

Драчливый Петух

Пьяный лихач

Пьяница

Автомобиль, Мотоцикл, Мопед и Хозяин

Ручей и Скала

Муха, Жук и Паук

Степан и сосед

Медведь, Волк, Лиса и звери

Воробей, Сорока и Грач

Осёл и суд

Сергей, Конституция и Право

Дарья и эстрада

Талант и Ректорат

Губернатор и родня…

Поэт и начальник отдела культуры

Степан и финансовая пирамида

Талант и его шедевр

Верблюд-чемпион

Начальник Козёл

Бегемот и саксофон

Гусь-олигарх и Утка с утятами

Дипломированный Баран

Белый Медведь и его шкура

Жираф и стрекоза

Акула

Заяц и рэкет

Кит и Пингвин

Концерт Вороны

Конь и Автомобиль

Корова и балет

Кот Васька и Мухтар

Кролик во дворе

Носорог-мафиози и Волк-полицейский

Разбойник Волк

Собрались депутаты     

Слон     

Свинья и лужа

Страус…

Лиса – Вице-мэр

Шакал – шпион

Сбежавший Ишак

Змея     

Попугай Филька и Хозяин   

Обезьяна Чичи и яблоки

Царь Лев и хищники-чиновники

Щука

Лягушка, переквак и Муравей

Мартышка Хихи – проказница

Плачущий Крокодил

Раскаявшийся Волк

___

 

 

 

 

 

Александр Грэй-Биркин

 

 

 

 

 

Волк-депутат

 

басня

 

  

Лесные обитатели на митинг собрались,
На митинге им обещания лились.
Волк депутатом стать решил,
Оскалив зубы, рай всем обещал,
кто на участке жил:
«Альтернативы мне, здесь нет.
Я Волк, как в тёмном нашем царстве - свет!!!
Я обещаю рай и благоденствие для всех,
А также жителям всем - множество утех».
Ворона каркнула,
И Серому поддакнула:
«Карр! Волк силён, и клык его остёр,
И он хитёр.
А значит, защитит всех нас,
И никого в обиду не отдаст».
Лиса толкнула речь,
Стремясь свои богатства уберечь:
«Лес - общий наш родимый дом!
Нам нужен новый депутат.
И я клянусь своим хвостом! -
Волк - самый лучший кандидат!»
И Лось за Волка, -
От Волка, дескать, будет много толка.
И мэр Медведь открыточку прислал.
Вот шкурный интерес!
Он Волку депутатство пожелал.
И звери, козы, птицы, змеи и бакланы -
За Волка все голосовали, как бараны.
И волчий культ в лесу возобладал, -
Волк депутатом стал.

 

 

Он депутат, теперь, по округу долины,
Плясали на банкете плясуны и арлекины.
Волк очень быстро обнаглел,
Как будто ошалел.
И, дескать, мол, гигантская зарплата,
Ярмо и тяжесть для любого депутата.
И сверх зарплаты - взятки и поборы,
От избирателей своих.
От Волка обнищали звериные все норы,
А депутатов нет других.
Волк требует себе козу на мясо через день,
Иначе, стаду - волчий клык или кистень!
И козы слушались его,
И приводили коз своих на мясо, для него.
А всех зверей стал изгонять из нор своих,
И норы отдавать, за взятки, для других.
А птиц, Волк рэкетом обставил,
И деньги, просто так, платить заставил.
Управы нет на Волка-депутата,
Вот сила депутатского мандата!
Лес просто обнищал.
А Волк себя обогащал.
На жалобы Медведю, отписки - весь ответ, -
С Медведем депутаты делят деньги и бюджет,
Себя ни сколь не обижая,
И ни на грош не обделяя.
Вот так при депутате Волке взвыли звери,
И птицы с козами все жалобно запели.

 

 

Так, сами Волка выбрали во власть.
Что обижаться?! Власть для Волка - это сласть.
А то, не знали, что такое Волк.
Да это, как ворья огромный полк!
Когда Волк рвётся в депутаты,
Ты за него не голосуй!
Ведь, есть иные кандидаты.
Ты поумнее голос свой реализуй.
___

 

 

 

 


Кот Васька и собака Рэкс

 

басня

 

 

 

Кот Васька и собака Рэкс, овчарка,
Разговорились у столярки.
«Рэкс! – Васька говорит, –
И озабоченно глядит, –
Я думаю, хозяин нас не уважает,
Он, мяу, мяу, нас совсем не ублажает,
И больше любит Борьку, поросёнка,
Этого копытного чертёнка.
И кормят Борьку лучше, и я думаю вкусней,
Хозяину он, видимо, милей».
«Ох, Васька, – Рэкс ответил, – Гав, гав, гав!
Ты очень-очень прав!
И Борьку, мне велели, зорко охранять,
Не лаять на него, и никогда его не обижать,
К нему, – чужих не подпускать.
За что ему такая честь?
И всякого ещё почёта, для него, не перечесть».
Завидовали Борьке Рэкс, и Васька кот,
От изобилия для Борьки самых разных льгот.

 


Промчалось лето, вырос Борька,
(И как ни горько!) –
Как только веса в Борьке много стало,
Зарезали его на мясо, и на сало.
Визжал на всю округу Борька,
Светилась утренняя зорька.
И Рэкс смотрел на Борьку, плача,
О чём-то, сам с собой судача.
А Васька с крыши наблюдал,
(Он там, на крыше, как обычно, отдыхал),
Как Борьку жгут паяльной лампой,
Как Борька встретил свою амбу.
Как выдирают все его кишки,
Как рубят Борьку на куски.

 


Скажу для Васьки с Рэксом,
(Хозяин, кстати,
угостил их борькиным бифштексом):
«Не надо никогда завидовать тому,
Кого заранее растят на мясо,
Кто кончит жизнь свою
в котле, в огне или в дыму.
Пусть, даже, если эта жизнь
идёт с весёленьким приплясом».
___

 

 

 

 

 

Баран начальник и Медведь работник

басня

 

 

 

Баран начальник, лишь, как только должность принял,
То, плотника Медведя, вмиг, возненавидел.
Там секретарь Барану всё шептала, крыса,
Но, в основном, из-за бараньего упрямства и каприза.
Хотя, Медведь, как вол, работал за троих,
И не жалел себя, и лап своих,
Бывало часто, что без выходных,
А также, на работах грузовых,
Порою, даже, на ночных.
Баран, вдобавок, начал сплетни сочинять,
И множество претензий, всех, Медведю предъявлять –
То там – не так, то здесь – не этак.
И, тут же, штрафовал его на несколько монеток.
Хорошего работника! В угоду своим планам –
На то он и, баран – бараном.
И подготовленный приказ Баран три месяца мусолил,
И, наконец, решил – Медведя он уволил.
Сказал Баран Медведю: «Вот твой счёт,
И увольнительный расчёт».
Медведь печальный, и с понурой головой,
Пошёл, расстроенный, домой.
Погоревав, Медведь решил, что не беда,
Его возьмут работником всегда,
Ведь он работник – хоть куда.
В других конторах, на других заводах,
Все знают в разных коридорах,
Что он, Медведь – работник лучший,
И, лишь, с Бараном вышел мерзкий случай.
Пошёл Медведь искать, повсюду, новую работу,
По офисам, по фабрикам, по фирмам, по заводам.
Но все бараньи сплетни злые,
По всем конторам быстро разнеслись, как таковые –
Что будто бы, Медведь – лентяй,
А также, вор и негодяй.
Ни лесорубом, ни на деревозавод,
Никто медведя на работу не берёт.
Да и к тому же, был Баран,
От луга депутат, и крупный ворюган,
А также, местный бандюган.
Его боялся местный Волк и, даже, вся округа.
(И его имя говорили с сильным перепугом).
Через два месяца Медведь заголодал,
Хотя, работу он, по-прежнему, искал.
А в том лесу пособий не было в помине.
(И нет поныне).
Совсем от голода взревев,
И много дней перетерпев,
Медведь потолковать к Барану в офис заявился,
Баран же, в кресле нагло развалился.
«Что надо? – заорал Баран Медведю – и как смеешь
Вбегать в мой кабинет! Ты всё сильней наглеешь!»
Медведь, тут, от обиды зарычал,
Ну, а Баран всё оскорбительней кричал.
Медведь, же, наглость не стерпев,
И, вновь, обидою вскипев,
Схватил Барана в свои когти,
За его локти.
И горло, тут же, перегрыз ему клыками,
Его баранью шкуру всю, содрав зубами.
Такие, вот, дела.
Да! Но, Медведь то, вовсе, не со зла.
Медведь всегда был благородный,
Но сильно есть хотел, и очень был голодный.
Баран же, сам создал себе врага,
Остались от Барана, лишь, рога.

 


Мораль у басни, как всегда
Не устареет никогда –
Когда начальник ты, то в коллективе не наглей,
И избежишь, тогда, клыков и праведных когтей.
___

 

 

 


Комод и шкаф

 

басня

 

 

 

Комод и шкаф наедине остались,
И размечтались.
«Послушай, друг, – сказал комоду шкаф, –
Мы тридцать лет хозяину уж служим,
И столько же ещё послужим.
Он нас купил, я помню, перед свадьбой,
И перевёз сюда, в усадьбу.
Мы крепко сделаны, нас годы не тревожат,
Хозяин нас лелеет, и он, без нас, не может.
Ему – мы верные друзья,
Без нас, ему – никак нельзя».
Комод, в ответ, сказал,
И планы бодро описал:
«Согласен полностью, коллега,
И пусть нас дальше обнимает радостная нега.
Ведь, наш хозяин стал начальником большим,
Мы службу верную, ему, уж тридцать лет вершим,
И дальше будем мы, ему, служить,
И будут нас, с тобою, чаще слуги мыть.
И гости будут любоваться мною,
И заодно, тобою».

 

 

 

Лишь, только, ночь прошла, и утро песнь пропело,
Вокруг загрохотало всё, и громко зашумело.
Пришли работники, втащили новый шкаф,
Шкаф старый испинав, и изругав.
И новенький комод внесли,
А старый унесли.
И шкаф, за ним же, вынесли во двор,
Такой вот приговор.
И, тут же, шкаф и старенький комод,
У самых у ворот,
Скололи на дрова.
У шкафа, и у нашего комода,
С тузами не было родства.
И в этот день охапка этих дров,
После работы топоров,
Попала прямо в печку при растопке,
Потом ещё охапка дров, при топке.

 


Имей в виду, и до конца не будь уверен в планах,
Всё руководство часто состоит из кланов.
Насколько ты незаменим…
Насколько ты начальником ценим…
Насколько ценен ты, как голова…
Начальники живут всегда в своём девизе,
Всегда имей в виду, что при капризе,
Хозяева тебя отправить могут на дрова.
Такие вот права.
___

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Депутат Осёл – профессор

басня

 

 

 

Осёл, став депутатом, сразу обнаглел,
Стал воровать с казны, и вмиг разбогател.
Да и зарплаты депутатов! Где на них управа!?
Он депутат,
и наплевать ему на государственное право.

 


И, вот, уже Осёл имеет вся и всё,
И кровь страны с пристрастием сосёт.
Имеет он и самолеты, и дворцы, и яхты –
Таков его доход от депутатской вахты.
И наш Осёл, как вся элита, бесится от жира,
Ему в душе, то холодно, то жарко, или сыро,
И, от хандры душевной, и от скуки
(Ведь депутатом быть – какие муки!),
Осёл решил купить,
И всё по таксе нелегальной оплатить,
По избранной науке – степень доктора наук,
Чтоб он был круче рангом всех друзей, и всех подруг,
И, чтобы стать ещё важней,
И, чтобы думали, что нет его умней.
Ну а потом,
коль проплатить ещё один тариф по таксе
(Какие модные у депутата страсти!) –
Профессорское звание купить под Новый Год!
(За это есть надбавка, и увеличится доход).
Осёл наш погрузился в хлопоты всецело,
Всё по расценкам оплатил (кому какое дело?!)
И, вот – он доктор юридических наук,
И плюс, профессор права, из хапуг.

 


Эй, небо! Дай скорей салют!
Пусть звёзды гимн ослячий пропоют!
Эй, звери, рыбы, мухи, птицы!
Пусть в честь учёного Осла
горят небесные зарницы!
Отныне – он ученый-депутат!
Профессор, доктор, делегат!
Перед его умом всем надо восхищаться и дрожать!
Осла профессора пред миром возвышать! –
И трепетать, и трепетать, и трепетать!

 


Он денег, на оплату всех регалий, не жалел,
Ведь, для себя старался, между дел,
А эти все регалии купив, совсем забронзовел.
Теперь, перед Ослом, бараны раскрывают рты,
И бьют ему поклоны все собаки, и все местные коты.
Осёл доволен жизнью и системой,
Плевать Ослу на все в стране проблемы.
И прочь ворчанье от газетного брюзги! –
Пусть видят все,
как в царстве ценятся ослячии мозги!

 


Ну, а когда учёные-юристы,
(Они зануды-бяки, как канцеляристы),
С ним разговор ведут о праве, как науки,
На конференциях, и просто на досуге, –
На все научные вопросы, как всегда,
Наш депутат Осёл ответ даёт: «ИА»
Тут подъиакнут все другие доктора-профессора,
Те, что коллеги- депутаты нашего Осла.

 


Коль ничего в науке ты не сделал,
Проблему даже не изведал,
То степень та, что куплена, не делает учёным.
Такой профессор, есть обман, за взятку испечённый.
Подмена наглая, в честь блата, для чиновника Осла,
В науке, для таких, нужна хорошая метла.
И ею гнать фальшивых докторов-профессоров,
Всех этих депутатов, всех министров и тузов.
Осла не сделает умнее
докторский прикупленный диплом –
Осёл всегда останется ослом.
___

 

  

 

 

Басня о наркомане

 


Вот наркоман, для наркокайфа,
Чтоб супер-тонус обрести
для собственного лайфа,
Своей рукой себе вколол,
В родную вену наркотический укол.
Мол, наркодоза в теле – лучший друг,
И с ней избавишься от всех ненужных скук!
Нирвану обретёшь,
Заскачешь, и в угаре, как заснёшь,
И словно, в царство райское войдёшь.
И уколовшись, ты, как будто, в облаках,
Как птица в вышине, на небесах.
Он каждый день себе колол по дозе,
При ломках, корчился в обычной наркопозе.
Но обходилось, и врачи его спасали,
А заодно, потом, при выписке, ругали.
Его друзья – все наркоманы,
или наркоманки,
Такие милые, на внешний вид, гражданки
(Совсем не хулиганки).
Для всех, для них, необходима доза,
И часто колют передозу,
От передозы – это сказ отдельный,
Исход бывает и смертельный.
А доза эта, стоит денег,
(Эх, для торговцев бы, метлу и веник!)
Из дома проданы все вещи, на наркотик,
И не доволен, даже, их царапка-котик.
Балбесу двадцать с лишним лет,
Родителям спокойной жизни нет.
И трое, из его друзей, лежат уже в могиле,
А двое кражу, где-то, учинили.
Теперь они мотают срок,
Такой, за кражу, им урок.

 


И вот, в один ненастный день,
Для нарка нашего пришла хандра и лень.
А впрочем, то обычная картина,
У нашего кретина.
И он себе решил укол двойной поставить,
Чтоб посильней покайфовать,
и все наркотики, перед собой, восславить.
И он, когда домой пришёл,
В себя вколол, с двойною дозой,
наркотический укол!
И кайф ловил в угаре,
С прикольной наркохарей.
Но сердце наркомана, тут же, вдруг, остановилось,
И наркожизнь его, в тот миг, угомонилась.
Финал, для нарков всех – обычный,
И одинаково-типичный.
Теперь, наш наркоман, лежит в могиле,
И кости все его, за лето, быстро сгнили.

 


К несчастью, наркоман,
как пишет протокол,
Продукт двора, где часто первый совершается укол,
Который, вскоре, предъявляет счёт,
И сразу смерть включает свой,
обратный дьявольский отсчёт.
А стартовый укол –
Хитёр, и очень зол!
Он сотворяет наркоманку, или наркомана,
В пылу самообмана.
Учителя ведут борьбу, как могут,
Но наркомания, как эпидемия и омут.
И доза в жизни, первая, начнёт всю круговерть,
Отсчёт обратный, наркоманам, отсчитывает смерть.
Там бесполезен, в воспитании, ремень,
А наркодоза – каждый день.

 


Коль предлагают первый раз укол, бесплатно,
Не бескорыстно это, а злорадно.
Ты, от таких подарков, откажись,
И сразу отвернись.
Держись подальше от таких знакомых,
Пусть, даже, вы друзья, и с ним в фотоальбомах.
Ты, изначально, объяви себе завет –
Наркотикам любым, всю жизнь –
«СТАЛЬНОЕ НЕТ!»
___

 

 

 

 

 


Больной Волк и Лиса богачка

 

басня

 

 

 

Волк заболел, простыв средь лета,
Не защитили, даже, чары амулета.
Он слёг надолго
(От всех лекарств немного было толка),
Такое, вот, несчастие у Волка.
Наш Волк уже совсем охотиться не может,
Запасы быстро кончились,
и голод его гложет.
Истрачена последняя монета,
И съедена последняя котлета.

 


В лесу жила Лиса богачка –
Хитрющая ловкачка.
Она поборами округу обирала,
И цены на услуги задирала.
Лиса была, когда-то,
в Правительстве министром,
И увлекалась оккультизмом.
Она, тогда, в казне мешок монет украла,
Весь лес родной обворовала.
И Волк к Лисе за помощью пришёл,
Он до дворца Лисы с большим трудом дошёл.
Волк дверь открыл, порог переступил,
Затем, отбив поклоны, денег попросил:
«Послушай, Рыжая! Дай семь монет взаймы.
Отдам до наступления зимы.
Мне только на продукты и лекарства,
Без всяческих излишеств, и без барства.
Болезнь моя уйдёт, – так сразу, после лета,
Верну тебе, с процентами, все взятые монеты».

 


Лиса без радости такую просьбу встретила,
И Волку нашему ответила:
«А если, от болезни, ты помрёшь,
Как деньги мне вернёшь?
А денежки, они больных не любят,
Как будто бы, хлыстом тебя отлупят.
Будь благодарен всем моим ответам,
Коль ты в беде, – я помогу советом:
Так, от лесной козы недавно я слыхала,
Когда она тут пробегала,
Трава, здесь, нынче, вкусная повсюду уродилась,
Щипая травку, она час просуетилась.
Трава ей – пища и лекарство, средь тайги,
Зачем тебе влезать ко мне в долги?
Послушай, Серый! Верь козе, а также в их молву.
Вот мой совет – переходи, в питании,
на сено и траву!»
Лиса тут в кресло села,
И шлягер новенький запела.
Наш Волк, как волки все – простак.
Вот, так!
И от Лисы ушёл ни с чем наш Серый Волк,
Не получив нисколько, от богачки хитрой, в долг.

 


Хоть волк любой, своей натурой, – не овечка,
Но, и любой богач не стоит доброго словечка.
Навряд ли, выручит тебя богач, богачка, олигарх –
Для них вся жизнь бежит совсем в других мирах.
Монеты, даже мелкой, для несчастных не дадут,
Ещё, – последнее у бедных отберут.
___

 

 

 

 

 

 

 


Лихач-автомобилист

басня

 

 

 

Один лихач автомобильный
(Он, словно, как дебильный)
Все правила дороги не любил,
Не соблюдая правил,
по всем трассам колесил.
И если, что-то – мчал на красный свет,
Для лихачей таких, пока управы нет.
На перекрёстках, хохоча,
Плевая в тротуар, и злобно, что-то бормоча,
Он нарушал все правила движенья,
Такое, вот, быдлинное мышленье.
На пешеходов просто наплевал,
И он полицию совсем не уважал.
Дорожного инспектора не слушал никогда,
И в драку лез, бывало, иногда.
Он три аварии, когда-то, совершил,
Чужие три машины раскрошил.
Его сажали, как-то, на семь суток,
И прав водительских лишали, как для шуток.
Он сделал инвалидом пешеходку,
(Его спасала от тюрьмы родная тётка).
Потом, он двух прохожих насмерть сбил,
Но суд его досрочно из тюрьмы освободил,
И он опять гонял по трассам, на машине легковой,
Не дорожа своей судьбой.

 


И вот, в один ненастный час
(Он возомнил, что он водитель-ас!)
Когда был вечерок, и потемнело,
В мозгах его, в тот миг, всё отсырело,
Он, как обычно, мчался по проспекту,
Под блески электрических неоновых эффектов
(И с дикой скоростью, по трассе,
Во всей своей гримасе).
Машин, под вечер, там немного,
Он мчал, как будто, одиноко.
На перекрёстке, он лихую скорость не убавил,
А даже, чуть прибавил!
И мчал на светофорный красный свет
(Мозгов то, нет).
А сбоку, ехал самосвал, по правилам дороги
(Ох, было там, потом, мороки).
И врезался лихач в машину грузовую,
Прорисовав свою судьбу кривую.
Весь авто легковой измят в гармошку,
А сам лихач, собой, был превращён в лепёшку.
Водитель самосвала – невредим,
Он ехал по всем правилам, и был невозмутим.
А лихача врачи в больнице не спасли,
И талисманы жизнь его не сберегли.
И наш лихач-автоводила
Отправился в могилу.

 


Ты правила движения, по жизни, соблюдай,
И скоростей, как тот лихач, не превышай.
Когда ты за рулём – наглеть не надо,
Земля могилам человеческим не рада.
И, может, ты тогда, себя от смерти оградишь,
И на дорогах никому не навредишь.
___

 

 

 

 

 

Индюк и Петух

 

басня

 

 

 

Индюк созвал всех птиц домашних, что в округе,
Когда они гуляли в полдень, на досуге, –
Всех куриц, всех гусей и уток,
И всех индюшек-черногрудок.
И наглым гонором он властно объявил,
Как будто власть, уже, свою установил:
«Меж птицами села – я ваш КОРОЛЬ!
Себя я КОРОЛЁМ, сейчас, провозглашаю!
И слушаться меня – любой, теперь, изволь!
И дважды я, – не повторяю!
И слушайтесь любимого меня!
Пусть прекратится болтовня!
Всё исполняйте, что МОЁ ВЕЛИЧЕСТВО велит!
За ослушанье знай, что будешь больно бит!
И будешь графом Петухом моим заклёван!
И всей моей придворной челядью обплёван.
И будет для тебя уют –
Мой кнут!
«Ку-ка-ре-ку! – Петух прокукарекал и поддакнул,
И клювом заострённым звякнул, –
Теперь КОРОЛЬ для птиц, в округе – есть!
И чтоб, любить его, и мятежей не плесть!»
Так говорил Петух своим командным басом,
Жестикулируя крылом, и лапами, с лампасом.
Индюк же, вновь, стращал, пугал и устрашал,
И сам себя, над всеми, возвышал.
И птицы слушали обоих, с перепугу –
Монарха нового и Петуха-хапугу.
Да, тут, при коронации, хозяин вышел,
Увидел, и весь бред индюшачий услышал.
В штыки хозяин принял планы Индюка,
И тут же, веткой отстегал ему бока,
(Сказать по-правде – лишь слегка).
И Петуха прогнал в курятник,
А Индюка загнал обратно в индюшатник.

 


Когда твой ранг сравним с нулём –
Никак не станешь королём.
___

 

 

 

 

 

 

 


Звери и лесорубы

 

басня

 


Медведь и Волк,
с Вороной, стали думать и гадать,
Как лесорубов всех изгнать.
Лес, ими, нагло рубится в тайге,
(Ворона, даже, всё прознала о враге).
И все втроём они направились к деляне,
Где раньше их была любимая поляна,
И где враги сейчас деревья рубят,
Где эти лесорубы всю природу губят.

 


Артель работала, и лес машинами валила,
Пилила и рубила, грузила, увозила.
К начальнику артели звери наши подошли,
Надеялись, что к ним они не зря пришли.
Увидев их, начальник всех спросил,
От страха, чуть залебезил:
«Что надо, вам, зверьё?
А может, вы хулиганьё?»
Медведь, в ответ, спросил,
Набравшись духа, смелости и сил:
«Вы, по какому праву, леса нас лишаете,
И всё под корень вырубаете?»
«Я знаю, карр,– подкаркнула Ворона, –
По праву вашего фальшивого купона!»
И Волк подвыл,
Он, также, здесь, частенько раньше был:
«Вы нанесли тайге урон!
Но, как, же так, ведь есть закон!»
И, тут начальник нагло им сказал,
Почти заверещал:
«В дела чужие вам не следует соваться,
Мы вам, и всем зверям, советуем убраться,
Подальше с этих мест.
Мы лес весь вырубим, окрест!
Лес грабит мафия, и наши богатеи,
А мы, лишь, наняты рубить для этой их затеи.
А если что, – получишь порцию картечи из ружья,
Что в наших сумках для ретивого зверья».
«Кар-карр, – с берёзы каркнула ворона.
И полетела прочь, подальше от картечного патрона.
Сказал Медведю Волк, махая своей шляпой:
«Пошли отсюда, Косолапый.
Уйдём подальше на Восток или на Север.
В родных местах нам ничего уже не светит».

 


Один лишь аргумент всем птицам и зверям,
Как развлеченье дикарям –
Ружьё с картечью,
В лесном разграбленном заречье.
Когда решают деньги всё,
То аргумент зверью – ружьё.
И там, где мафия, там власть одних монет,
Там справедливости с законом не было, и нет,
Такой, у них, для всех,
бандитский этикет.
___

 

 

 

 

 

Будь пешеход ты, или «пешеходка»…

басня

 

 

 

Один беспечный пешеход,
(По городу, он не любил ходить в обход),
По тротуарам не желал ходить до переходов,
И брать пример с приличных пешеходов.

 


Однажды он спешил,
Он видно в спешке жил,
А может, не спешил, а так привык,
Но вот, назло себе и людям, не отвык.
И он однажды, как всегда,
(Виной, мол, дескать, городская суета),
Взял и свернул от тротуара, не дойдя до перехода,
Где нет дорожки-зебры пешеходам.
Через дорогу он пошел напропалую,
Через поток машин, и напрямую,
И тут, визг тормозов, колёс и от железа скрежет –
Беспечный нрав его весь этот миг урежет.
И вот, он в гипсе, весь лежит в больнице,
Жизнь вся его начнётся с новенькой страницы.
И после этой встряски,
Дальнейшая вся жизнь его пройдёт в коляске.
Но, всё-таки, врачи его спасли от верной смерти,
В тяжёлой медицинской круговерти.

 


Будь пешеход ты, или «пешеходка»,
(Извечная назойливая нотка!) –
Ты правила дороги соблюдай!
Ты заруби на нос, и знай –
Переходи все улицы по зебре,
Средь городских бетонных дебрей.
И только на зелёный свет,
Когда машинам стоп-запрет,
Или на знак-сигнал для пешехода,
Для пешеходного народа,
И оглянись по сторонам,
Жизнь только раз даётся нам.
Иначе твой удел,
Средь ранее тебе ненужных дел –
Коляска инвалидная, и даже, –
Лежачий вечный ты, без всякой блажи,
(И даже, ты заметь –
Вполне возможна смерть).
И жизнь твоя пойдёт совсем не так,
И может быть, совсем никак.
Запомни мудрость жизни навсегда –
Не нарушай дорожных правил никогда!
___

 

 

 


Дуб и Колокольчик

 

басня

 

 

 

Июльским днём, Дуб вековой
И Колокольчик луговой,
Что рос под Дубом этим,
Заспорили, на смех баранам и медведям.
Дуб колокольчику сказал дубовым басом,
C самоуверенным насмешливым приплясом:
«Я – Дуб могучий! Я – красавец богатырь!
Расту годами ввысь и вширь!
А ты, от ветра клонишься к земле,
А ночью мёрзнешь в тёмной мгле.
Да, ты – трава травой,
И далеко не удалой».
А Колокольчик Дубу дал самоуверенный ответ,
Как в аргументах паритет:
«Зато, как ты, сейчас, я – не болею.
А у тебя, дружище, листья тлеют.
Да гусеницы могут тебя сгрызть,
И крону могут всю твою отгрызть.
А я – цветочек, хоть куда.
Я – Колокольчик! Я – звезда!»
Такая, каждый день, у них была забава,
Друг друга оскорбить лукаво,
Обидеть словом, так, чтоб побольней,
Ну, а себя возвысить посильней.
И что совсем негоже, –
Всё про одно и то же.

 


Прошло не более недели,
Когда в лесу ещё все птицы пели, –
Лес получил серьёзнейший удар,
По лесу пролетел ужасный огненный пожар,
Как пишет чей-то мемуар.
Там, всё огнём два дня пылало,
Такую вот беду судьба послала,
Весь обгорел, и умер Дуб могучий вековой,
И в пламени сгорел наш Колокольчик луговой.

 


Зачем дерзить, друг другу, по крутому,
И хвастаться, собою, по-пустому,
Коль ты, заранее, защиты не имеешь,
И знанием самоспасенья не владеешь
От воли рока, от пожаров, от стихий,
И от небесных истерий, –
То знай,
И никогда не забывай, –
Пред ликом смерти, при стихии, все равны,
(Тем более, коль, если вы плохие бегуны), –
Что Дуб могучий, богатырский, вековой,
И что невзрачный Колокольчик луговой.
___

 

 

 

 

 

 

 


На стоянке стройтехники

 

басня

 

 

 


Бульдозер, Грейдер и трудяга Экскаватор,
А с ними, Дизель-Генератор,
Вдруг размечтались на стоянке, после дня,
Своим железом, радостно звеня.
Они на отдыхе, перед субботой,
Устав от изнурительной работы,
Разговорились все о деле,
О предстоящей трудовой неделе.
И Экскаватор говорил,
Два раза всем коллегам повторил:
«Я рою котлован, и две канавы,
Для здания какой-то там управы.
Я вырою огромные кубы,
И тут поставят новые столбы.
И стройка грандиозная начнётся,
И вся округа в стройку окунётся.
О небо! Ты играй и пой!
Я тут, среди строителей – герой!»
«А я, – Бульдозер объявил коллегам, –
Площадку буду очищать от снега».
И слушал, размечтавшись, Экскаватор,
И громко крикнул Дизель-Генератор:
«Я подарю и электричество, и свет!
Туда и там, где электричества в помине нет!
И эту стройку не забуду,
И может, через десять лет, сюда ещё прибуду».
И Грейдер тоже, что-то им поддакнул,
И лишний раз железкой звякнул,
Что весь песок сгребёт, как скажут,
Туда, куда ему прикажут…
Но Самосвал всех перебил,
Он много знал, и всё всем разъяснил.
И судьбы им, для них, обрисовал:
«Послушайте, друзья, шофёр мой точно рассказал –
Мы, хоть, и много лет работали прекрасно,
И все трудились не напрасно.
Но фирма наша – полностью банкрот!
Её сгубил финансовый разброд.
И нас всех, в среду, продадут с аукциона,
с молотка,
Возможно, для хозяев из другого городка,
И даже, может тем,
кто уж, совсем издалека».

 


Как сложно планы намечать,
Или бессмысленно мечтать,
Когда начальство предбанкрот или банкрот,
Им больше нет забот, и нет хлопот.
И всех трудяг, как с магазина продадут-уволят,
Ну, а кого-то, просто выгонят-прогонят.
___

 

 

 

 

 


Драчливый Петух

 

басня

 


Петух драчливым был,
Стал в тягость всем
его драчливый пыл.
Он с петухами дрался,
И первым, всюду, задирался.
А двух соседских петухов
(Во, был каков!)
До полусмерти заклевал,
(И после, ещё клювом добивал).
Средь кур и живности, для злого Петуха
(Подальше от греха),
Хозяин объявил на всю округу,
Предупреждая драчуна-хапугу:
«Дружок, послушай! Будешь задираться,
И постоянно с кем-то драться, –
Лишишься головы,
Таков, теперь, у нас закон. Увы!»
«И правильно! – сказал Индюк, –
Долой бандюг!»
Гусь закричал: «Га-га! Га-га!
Петух наш враг! Долой врага!»
Мухтар одобрил речь своим служебным лаем,
И подмяукнул Васька кот,
прижучить Петуха желая.

 


Неделю наш Петух не задирался,
Неделю он ни с кем не дрался,
Знать, всей душой от искушения держался.
Но не стерпела петушиная душа,
У нашего дурного глупыша.
Вновь с петухом другим затеял драку,
Клюв навострив, пошёл в атаку.
Тот был повержен, и упал в жестокой круговерти,
И наш Петух забил и заклевал его до смерти.
Повержен враг.
Вот так!
Победный гимн «Ку-ка-ре-ку!»,
Его победному клевку,
Звеня, гремя,
торжественно поётся и восходит!
И наш Петух, опять, как триумфатор ходит.
Хозяин, лишь, финал увидел
(Он, впрочем, это безобразие предвидел).
И он поймал, взяв в руки Петуха
(Подальше от греха),
И на колоде ему голову срубил,
Топориком, которым он дрова всегда рубил.
Петух без головы два круга пробежал,
И безголовый, мёртвым пал.
И тут же был общипан, и разрублен на куски,
И в сковородку брошен, его воле вопреки.

 


Не надо быть жестоким,
C мышлением куриным и убогим.
Ведь был предупреждён,
Но видно плохо был угрозой казни убеждён.
Не надо после казни обижаться,
Но безобидным нужно быть, за злое не держаться.
Наказан справедливо, и за дело,
Чтоб оградить хозяйский
птичий мир от беспредела.

 

___

 

 

 

 

 

 

 


Пьяный лихач

 

басня

 

 

 

Вошёл хозяин пьяный в свой гараж,
И радостно сказал Автомобилю:
«Сегодня, друг мой, праздник наш –
С тобой поедем всех быстрей!
В моём весёлом стиле!
А небо мне простит мои промилле.
Мой лучший друг,
Мы по шоссе проедем длинный круг,
Помчимся вихрем вдаль,
Изгоним всю печаль.
Нас, даже, ветер не догонит,
Пусть все вокруг про нас трезвонят».
И отвечал автомобиль,
Готовый гнать десятки миль:
«Хозяин, я послушен пред тобой,
Хоть ты и пьян, пожертвую собой!
И выполню любой приказ,
Ты жми, как следует, на газ.
Хоть ты и пьян, и можешь нас обоих искалечить,
Но я машина, не могу тебе перечить.
Или команду дай иную,
Пусть даже баловную –
Исполню мигом, для тебя,
Как будто, для себя».

 


И вот, они помчались по шоссе,
Автомобиль во всей своей красе!
Хозяин жмёт на газ, на все пары,
И изнывает от жары.
И мчат быстрей, чем самый быстрый ветер.
Ещё не вечер!
И вот хозяин, спьяну, вдруг, не углядел,
Бордюр перелетел,
И вылетел на встречку, –
Ненастное местечко.
И врезался в три встречные машины –
Авария от пьяного кретина!

 


И он, теперь, лежит,
весь загипсованный, в больнице.
Его лекарством поит медицинская сестрица.
Ещё пять человек, с аварии, лежат в других палатах.
Один в могиле, словно чёрту предоплата.
Автомобили все разбиты, и в ремонте,
И нет, теперь, для них удач на горизонте.
Такой, вот, наш лихач проблемный,
И будет ему, явно, срок большой тюремный.

 


Кто пьяный за рулём – преступник!
Он хуже, чем ворюга и распутник!
Коль пьян – за руль машины не садись,
В одежды лихача лихого не рядись,
В тюрьму не торопись!
И будешь сам живой, здоровый и лохматый,
А твой авто – не искалеченный, весёлый и немятый.
___

 

 

 

Пьяница

 

басня

 

 

 


Напился пьяница, ну, как свинья до визга!
Давным-давно он пал так очень низко.
И знает пьяницу вся местная округа –
Он мелкий жулик и хапуга,
А кроме пьянства нет у пьяницы досуга.
Он под арестом просидел недавно десять суток,
Как дебошир, за пьяный дебоширский свой проступок.
Он драку в магазине, с продавцами, затевал,
И там витрину, спьяну, всю поразбивал,
А после, полицейским что-то объяснял.
Вот, он идёт, виляя, спотыкаясь,
И на кого-то, про себя, ругаясь.
Ох, морда – пьянь, и вид всегда запойный,
Небритый сам, и весь прикольный.
Нос красный, а бывает и зелёный,
И в передрягах закалённый.
Вот он валяется у школы, под забором,
И отрезвеет, видимо, не скоро.
Он пьяный спит, пьяней вина,
Проснётся и пойдёт, куда-то в передрягу, с бодуна.
И от него жена, с детьми, давно сбежала,
Забрав собаку с кошкой, убежала.
И в доме вещи лучшие пропиты,
А мысли, у него, вином и водкою забиты.
Соседи все, а также кошки и собаки,
Его частенько судят-рядят, (вот же, бяки).
А он всё пьёт и пьёт,
И песни пьяные поёт.

 


Коль хочешь облик человеческий иметь,
Не будь, как пьяница,
(тому бы, только побалдеть).
Знай меру для всего хмельного,
Особенно – для крепкого,
как будто бы, взрывного.
И если выпил сам, веди себя спокойно,
И всячески держи себя благопристойно.
___

 

 

 

 

 

 

 

Автомобиль, Мотоцикл, Мопед и Хозяин

 

 

 

басня

 

 

 

Пришёл Хозяин в свой гараж,
И начался ажиотаж!
Он крикнул технике: «Привет мои друзья!
Вернулся, наконец-то, я!
Полгода с вами был в разлуке,
По вас тоскуют мои руки!
Автомобиль! Мой лучший друг!
Мы, вновь, сейчас проедем сотню миль, вокруг!»
Автомобиль Хозяину ответил:
«Да я готов лететь,
куда ты мне маршрут наметил».
Хозяин к Мотоциклу подошёл,
«Ну, здравствуй, я к тебе пришёл!
И ты, мой Мотоцикл, ждал меня,
Я ни на миг не забывал тебя».
И Мотоцикл отвечал,
И громко, очень радостно кричал:
«Хозяин, заведи мотор скорей,
И мы помчимся по дороге всех быстрей!»
Хозяин подошёл к Мопеду,
И также, с ним завёл беседу:
«Дружище, мой Мопед!
Привет!
Я вижу, ты соскучился по мне,
Как я по вам по всем, и по тебе».
И отвечал ему Мопед,
В ответ:
«Ты выводи и заводи меня,
И я помчу, как конь, тебя!»
Потом, Хозяин радостно о планах говорил,
И, наконец, всей технике своей сказал и объявил:
«Поочерёдно будем ездить по округе,
Ведь, с вами тут, я после длительной разлуки».
Все трое отвечали хором,
С техническим задором:
«Хозяин! Рады для тебя работать и служить,
И для тебя Великое вершить,
И исполнять твои команды и приказы,
И всевозможные наказы!»

 


Но не сумел Хозяин завести Автомобиль,
Ни метра пролететь, не то, что сотню миль,
Как и Мопед, и Мотоцикл ехать отказались,
И даже, будто бы, смеялись.
Причина тут проста, как пара апельсинов –
В их баках не было бензина.
Хозяин уезжал надолго, в дальний край,
И о бензине позабыл, как будто невзначай.
Пришлось дела свои ему на завтра отложить,
И день, который был, забыть.

 


Мопед, а также Мотоцикл и Авто,
C пустыми бензобаками – ничто!
Ты это всё прекрасно знаешь,
Но иногда, сквозь суматоху, забываешь.
Коль ехать пожелал быстрее всех машин,
Ты, как для техники своей, Хозяин-Властелин,
Залей в их баки им положенный бензин.
___

 

 

 

 

 

 

 


Ручей и Скала

басня

 

 

 

Скала степная возомнила о себе,
Перед Ручьём, как барин голытьбе.
Ручей тот, под Скалою, мимо протекал,
И бытиё для жизни создавал –
Поил водой, бесплатно, всех
Не требуя, взамен, монет или утех.

 


Скала скучала, и скучала,
И вот, Ручью сказала:
«Я, тут – Скала в степи, одна на всю округу!
Я есть природный исполин!
Чтоб путник не ходил по кругу,
Я, как маяк, и главный властелин!
И без меня не может всадник или птица,
И, даже, хитрая лисица.
А ты, Ручей, бессмысленно течёшь,
И, что-то, там, в журчании поёшь.
Зачем ты нужен, – не понять.
И больше, о тебе, мне нечего сказать».
Ручей в Скале самоуверенность заметил,
И быстренько ответил:
«Живое всё, что обитает здесь, в округе,
Мою пьют воду, на досуге.
Все звери, все копытные, все птицы,
И даже рыжая лисица».
Скала вскричала: « Ерунда!
Всё, что сказал, сейчас – белиберда!
Твоим гостям, для прожитья, –
Что есть Ручей, что нет Ручья».

 


Всего, лишь, через две недели,
Всю степь циклоны с Солнцем завертели, –
Степная засуха пришла,
Все тучи с неба унесла.
И высох щедрый добренький Ручей,
От жарких солнечных лучей.
От жажды, звери стали умирать,
А птицы, прочь, подальше улетать.
И, лишь, сентябрь дал прохладу,
Как долгожданную отраду.
Ручей наш, снова, сразу оживился,
Водой хрустальной заискрился.
Вернулись птицы, звери, козы,
И, даже, редкие стрекозы.
Ручей водой, вновь, всех поил,
И степь, во всей округе, быстро оживил.

 


Я был в той местности далёкой,
Скала та – словно хан в степи чудной, широкой.
Пусть не обидится Скала,
Я очень объективно, не со зла –
Я видел тот Ручей,
Ручей, в той местности, важнее и нужней.
___

 

 

 

 

 

Муха, Жук и Паук

 

басня

 

 

 

Лесная Муха и её знакомый Жук
На вечеринку собрались.
На торжество их пригласил Паук,
Они на всё его враньё и уговоры поддались.
На этот вечер Муха долго наряжалась,
Косметикой и пудрой малевалась,
Но в срок успела и, ни сколь, не задержалась.
И наша Муха, с тем Жуком,
Предстали оба перед Пауком.
Сверхрадостно, в его паучьем доме,
(У Паука осталась даже фотография в альбоме).
Паук их поджидал,
И лапы потирал.
Он паутину сплёл для приглашённых,
Для легкомысленных гостей обворожённых,
И только те в паучий дом пришли,
И только, лишь, через его порог прошли, –
Он паутину-сеть на Муху и Жука накинул,
Их ядом укусив, всю пасть свою разинул,
И громко начал хохотать!
Для Паука добыча – это благодать.
И ужин будет очень вкусный Пауку,
Не позавидуешь ни Мухе, ни Жуку.
Мертвы и Муха, и наивный мирный Жук, –
Таким вот оказался «дружеский» Паук.

 


Когда тебя зовёт на празднество паук,
То он, скорей всего, разбойник из бандюг.
И отвернись от приглашений
Без лишних слов, без искушений.
Коль мысль опасности в тебя
из зеркала глядит,
И если ИНТУИЦИЯ тебе об этом говорит.
Иначе, он, паук, тебя затащит в сеть,
И если что – применит плеть.
И он убьёт тебя,
Кусая и дробя.
Ты пауку не верь,
Паук – он, словно, хищный зверь.
От всех его подарков откажись,
От разговоров уклонись и воздержись.
Как заповедь для всех на все века –
Остерегайтесь паука.
___

 

 

 

 

 

Степан и сосед

басня

 

 

 

Сосед Степана очень наглым был,
И ненавидел нашего Степана.
Так, ни за что – капризы бандюгана.
Степан, чуть не завыл.
Степана, он частенько и прилюдно оскорблял,
За нервы, больно зацеплял,
Да, всячески, унизить норовил,
И, с пьяными дружками, раза три его избил,
И сплетни, всюду, про Степана разносил.
Степана, наш сосед, ещё ограбил, как-то, вечерком,
Ну, а полиция, в обнимку с тем соседом,
Частенько, аккурат, после обеда,
Пьют водку вместе с ним, у речки за леском.
Из-за полиции такой, и от такого бандюгана,
Такая жизнь была у нашего Степана.

 


И вот, пошёл Степан развеяться в лесок,
Всего, лишь, на часок.
А там, болот опасных много было,
В них, иногда, судьба людей топила,
С неосторожностью людской,
И часто, с пьяной головой.
Грибов набрать Степан хотел на ужин,
Душой своей, Степан был очень благодушен.
И вот, Степан, услышав чей-то крик
(На помощь звал какой-то пьяный баловник),
Схватил, там, ветку подлиннее, в тот же миг,
И подбежал к болоту побыстрей,
Чтоб вытащить беднягу поскорей.
И видно было, что мужик какой-то тонет,
Торчит одна, лишь, голова – вот-вот, совсем утонет.
Степан вгляделся – ба!
Бывает, же, судьба!
А тонет, тут, сосед его нахальный,
И хоть, Степан – он смел, он либеральный
(Ведь, помнит небо то, что в трудный час,
Степан троих в пожаре, как-то, спас),
Степан, тут, ветку в сторону откинул,
Корзину взял, и на себя свой плащ накинул,
И зашагал спокойненько домой.
«Куда ты, помоги, – кричал сосед ему, – постой…»
Степан же пошагал своей лесной тропой.
Ну, а сосед трясину захлебнул,
И в две минуты утонул.
И только бульки-пузыри
Пролепетали: «буль-булли!»

 


А ты гляди, читай, запомни навсегда, –
Душа Степана благородна и чиста!
Вот, если б, зла сосед не совершал,
Степана уважал,
Его б, не обижал,
То получил бы, от Степана помощь и спасенье,
И избежал бы, смерти, в том несчастном утопленьи.
А ты, коль будешь, как бандит себя вести,
И наглость проявлять к кому-то,
То, в экстремальный час, спасенья от него не жди.
Пусть эта басня, кой-кого, научит, хоть, чему-то.
___

 

 

 

 

 

Медведь, Волк, Лиса и звери

 

басня

 


Как только губернатором
назначен был Медведь
(Хоть взять и зареветь),
Его подружка и дружок –
Лиса и Волк,
(Они-то, уж, в наживе знают толк),
Огородили озеро лесное.
Оно одно в окрест, и основное.
А заодно, и местную реку,
Та, что питает озеро,
и поит всю окрестную тайгу.
Затем, наняли леопардов,
А также, несколько гепардов,
Чтоб охраняли реку, озеро, каналы,
Чтоб звери шли на озеро и реку
через терминалы.
За вход назначили монету –
Вход только по билету.
И звери платят таксу –
По баксу.
Все звери леса обнищали,
А кто-то голодал,
но их всех пристращали.
Там, кто-то рыбу в озере ловил,
А кто-то, только воду пил.
Хотел с Лисой и Волком Тигр разобраться,
У них спросил, и был готов ругаться:
«Зачем наглеть, и по какому праву?
Да мы найдём на вас управу!»
Лиса, тогда, ему бумагою взмахнула,
У носа Тигра развернула,
И Волк с Лисой на Тигра тут же заорали,
И Тигра нашего прогнали:
«Вот подпись, Полосатый, вот печать,
И нечего кричать!
И вон пошёл скорей,
Мы благо совершаем для зверей!»
Явился Тигр к Медведю на приём,
Поговорить про реку, лес и водоём,
К Медведю Тигр долго пробивался,
И очень сильно возмущался:
«Но, как же так, послушай, Косолапый,
Зачем все реки с озёром оттяпал?
Землёй и небом всем зверям подарены озёра.
А также реки и леса. Да тут преступная афёра!
И Волк с Лисой ограбили зверей,
Бумага на грабёж с печатями,
и с подписью твоей.
На свете документа нет наглей!»
Медведь на Тигра зарычал,
Почти что прокричал:
«А по закону новому, отныне,
Будь-то в горах, в тайге иль на равнине,
Коль денег я хочу,
Я озеро друзьям в аренду отдаю,
И даже, просто продаю.
И над зверями всеми громко хохочу.
Таков в лесах теперь, по кодексу, канон,
Да здравствует закон!»
Наш Тигр ушёл от губернатора ни с чем,
Медведь наш обнаглел, бессовестно, совсем.

 


Коль жулики законы принимают,
Они всё делят меж собой, и правду изгоняют,
Законы пишут для себя, и под себя,
И грабят всех, и в том числе тебя.
И только, лишь, сплочённость и единство,
Протесты против наглости и свинства,
Помогут прекратить все подлые зловещие бесчинства.
___

 

 

 


Воробей, Сорока и Грач

 

басня

 


Сорока, Грач и Воробей
Обиделись на лес родной и на друзей,
И вот, решили в лес другой переселиться,
Где можно вечно только спать, да веселиться.

 


«Там корма больше, и там корм вкусней,
И в том лесу деревья выше и стройней, –
Чирикал Воробей. –
Ворона это, как-то, мне сказала.
Она туда летала,
И часто там бывала».
«Я слышал, – Грач опять всё повторил,
Что раньше всем и постоянно говорил, –
Там речка полноводней и прозрачней,
И, даже, жизнь у всех счастливей и удачней».
Сорока, тоже, всем протарахтела:
«Там, даже, листья звонче шелестят,
И звери, снизу, на всех птичек, ласково глядят.
Жалею, что туда, ещё весной не улетела».
И полетели наши давние друзья
В чудесный этот лес, в чудесные края.

 


Все трое, к утру, прилетели в этот лес,
За лучшей жизнью, за обилием чудес,
Как сразу нашего родного Воробья,
Чирикая, вопя,
Сородич местный, хулиганчик-воробей,
Уж, очень «хлебосольно»,
Накинулся, и в шею клюнул больно.
Такой сородич, вот, злодей.
Орёл Сороку, чуть когтями не сцепил,
Сорока, чудом вырвалась, вся выбившись из сил.
А Грач решил, что кормом этот лес не слаще.
Да и ничем нисколько не богаче.
Но Грач решил остаться,
Чтоб от долгов уйти, и от банкиров отвязаться.
И Воробей чирикает Грачу, и перепуганной Сороке,
Своей подружке-белобоке:
«Летим скорей назад, в свой лес.
Здесь нет заоблачных чудес».

 


Остался только Грач на новом месте,
Послав, с Сорокою, привет своей невесте.
Ну а Сорока, с Воробьём,
В свой лес вернулись к вечеру, вдвоём.

 


Коль хочешь поменять для жизни место,
Чтоб жить получше, а не в знак протеста,
Себя спроси, и посерьёзней оцени,
И эту басню не вини:
«А сможешь ли, ты там прижиться,
Чтоб там остаться, и туда всерьёз переселиться?»
___

 

 

 


Осёл и суд

 

басня

 

Осла, в усадьбе, индюки,
Коровы, и крольчата-беляки,
Все куры, утки, гуси, козы и бараны,
И все собаки из охраны, –
Решили праведно судить,
Чтоб к штрафу нашего Осла приговорить,
И чтоб надолго идиота проучить.
Осёл, ночами, распевал «Иа!»,
Будил всех жителей двора,
Спать не давал всем обитателям усадьбы,
Со дня своей ослинной свадьбы.
Кота назначили судьёй,
С помощницей Свиньёй.

 


«Ты нам всем надоел, – сказал Индюк, –
Ты подлый и подлее всех бандюг,
И ты наглее всех ворюг».
И Гусь поддакнул Индюку,
Ну, а Петух-защитник прокричал: «Ку-Ка-Ре-Ку!»
Вскипели жители двора:
«Нет жизни от тебя, ночами, до утра!
Не надо нам ночного и вечернего «Иа!»,
Долой ослячье амплуа!
Ты спать нам не даёшь!
Себе отчёт не отдаёшь!»
Осёл оправдывал себя:
«Родные милые и добрые друзья!
Я петь люблю! Я, словно, оперный певец!
Талант мой подтвердит любой большой мудрец.
Ну, а с моим талантом, если песню петь,
То надо с Музой ноты всей душой перекипеть.
А Музы, только ночью прилетают, после дня,
И любят слушать песни в исполнении меня.
Вокал ослячий – он, прекраснее всего!
Как будто песнь поёт земное божество!»
Индюк отрезал: «Нет! Ослинное Иа!
Далековато от земного божества».
Ещё претензию Индюк пробормотал,
Петух-защитник что-то там запричитал,
Но Кот-судья решенье, в заключенье, зачитал.

 


Осла приговорили к штрафу,
Величиной с зарплату графа.
А у Осла такие деньги, с роду, не водились,
И даже, никогда ему во сне не снились.
А впрочем, наш Осёл не унывает,
И по ночам, всё также, свои песни завывает,
Спать не даёт всем жителям двора,
Знать Музы у него опять пасутся до утра.
Ослом, ослячий род на сто рядов воспет,
Решения суда Ослу, – что есть, что вовсе нет.
И штраф не платит – всё хозяйка утрясла.
Ну что возьмёшь с Осла?!
___

 

 

 

 

 

 

 

Сергей, Конституция и Право

басня

 


По окончании дневного института,
Сергей работал в офисе шесть лет,
Служа, как все, чему-то, и кому-то,
А перспектив там, даже очень малых, – нет.

 


Он захотел в чиновники пойти,
Во власть задумал перейти,
Как альпинист по горному пути.
Его отдел хохочет –
Да кто ж не хочет?!
И вот, районная управа,
Душа Сергея моложава!
Пришёл проситься на чиновную работу
(Как говорят, нашёл себе, на час, заботу).
Мол, вот же Конституция, а тут районная управа –
Имею право!
Студентом, он всю математику всецело понимал,
Другим студентам на зачётах помогал.
Надеялся, что тут его оценят,
Что, может быть, его возьмут,
и он на практике все знания применит.

 


«Балбес!» – раздался возглас, как свинячий визг,
(Свинячий визг – не комариный писк),
Орал чиновник из отдела кадров.
«Здесь не гримёрная театра!
Кто твой отец? А также мать?
Ты сразу должен это нам сказать!
Они – никто! Зачем припёрся?
Я, попусту, из-за тебя, отвлёкся!
Во, обнаглел!
Да, как прийти сюда посмел?!» –
Крича, чиновник в злобе, аж позеленел.
Сергей спокойненько молчал,
И слушал дальше, что чиновничек кричал:
«Тебя никто не звал!
Тебя никто не знал!
Здесь всё для нас, и, лишь, по-блату!
Ты, даже, не платил для нас приплату!
Тут люди знатные, повсюду и везде!
Тут блат наш общий, все в одной узде!
Тут все свои в одном звене!
Родня, и на родне!
Династии и кланы!
А весь народ, как ты – бараны!
Про душу, про твою, нам не звонили,
И про тебя, со мной, не говорили.
Правитель нам сказал,
И строго наказал,
Чтоб посторонних не пускать к чиновному корыту,
Поскольку, в нём места для наших деток позабиты.
Власть – это мы, и наша вся родня, с друзьями,
Для остальных, вся наша власть –
дворцы, с закрытыми дверями!»
Чиновник кажет своим видом превосходство –
Уклад чиновный и чиновничее скотство.
И наконец, чиновник гаркнул: «Вон пошёл!»
И наш Сергей ни с чем ушёл.
Такая вот, чиновная районная управа,
Такая вот, без блата Конституция и Право.

 


Ещё чиновники бы, жили по пятнадцать тысяч лет
(От чёртиков, им всем, большой-большой привет).
Министр, бывший, молодой загнулся,
И в гроб-могилу кувыркнулся.
Ох, жить да жить ему, с такой его деньгой,
Но, он для жизни оказался словно, как не свой.
А впрочем, басня не об этом,
А о кремлёвской наглости, с чиновничьим заветом.
Такой вот строй!
В нём блат царит, с кудрявой чёрной головой.
По-блату вход во власть, и всё, что хорошо,
Элита – недовольных всех стирает в порошок!
Но, к счастью, зло и ложь бывает, и свергают,
Ты, и твои друзья, пусть этот день счастливый приближают.
При этом строе ты – бесправен,
Как, будто бы, чиновником затравлен.

 


Коль хочешь справедливости и честных отношений,
Коль хочешь внятных механизмов продвиженья,
Коль хочешь гордо заявлять: имею право!
И конкурс честный проходить на должность в местную управу, –
Вставай в партийный ряд, в тот самый, где борцы за власть народа!
Лишь при Победе
будет право, справедливость и свобода.

 

___

 

 

 

 

 


Дарья и эстрада

басня

 


Решила Дарья стать эстрадною певицей,
И взвиться, в славе, над страною, словно птица.
Она простого нрава,
(Ну, и имеет право).
И только что окончила училище культуры,
Талантлива, красотка и не дура.
И мастерство – её вершина идеала,
Прекраснейшим вокалом она в училище блистала.
В телеэкране нам поют всё бездари, по-блату,
Им вся страна давно не рада.
Ведь, как-то, все они туда попали,
Как будто, весь народ обворовали.
От них, от всех, народ давно уже тошнит,
Пусть, же, хоть кто-то их немного потеснит.
Но, не меняясь, они пляшут много лет,
Вся эта мафия, всегда, нам в выходные шлёт привет.

 


Решила обратиться Дарья в министерство по культуре,
Когда в Москву приехала в шоп-туре.
(Должны быть конкурсы на выявленье лучших,
Но нет их – министерство бьёт баклуши).
С большим трудом пробилась на приём,
(Чтоб, будто бы, унизиться пред нагленьким ворьём).
И отвечает на её мечты министр
(Ох, очень хитрый мистер-швистер):
«Мне наплевать на все твои таланты,
Для нас, что мастера, что дилетанты.
Мы всех певиц в телеэкран берём по-блату,
А также тех, кто платит денежки и злато.
Не надо конкурсов и механизмов по отбору –
Зачем они блатёжникам, блатёжницам и ворам?!
А у тебя нет денег, и ты простолюдинка,
И блату наплевать,
что ты талантлива, красотка и блондинка.
Иди, скорей, отсюда навсегда,
Не попадайся на глаза мне больше никогда.
Или ищи себе ворюгу-толстосума,
И приносите деньги для твоей карьеры, и бум-бума».

 


Такой вот, разговор,
Не министерство, а позор.
Везде одно и то же,
Но это, ведь, совсем негоже!
Все люди равные, у всех одни права,
Что думает гаранта голова?
Ведь, должен быть, какой-то, конкурсный отбор,
А не блатёжный сговор, и проплаченный подбор.
И коль, повсюду правит блат,
И всюду схемы взяток, и всяческих проплат, –
Нужна замена строя, и существующих властей,
Иначе, всех простых талантливых людей
Сгрызёт дискриминация от правящих вождей.
___

 

 

 


Талант и Ректорат

 


басня

 


Талант окончил университет,
Он сильный был студент,
Он в математике – призёр в олимпиадах,
И есть за математику медали и награды.
И он решил пойти в науку,
В аспирантуру. (Ох, и скука!)
Так, чтоб в науках выгрызть собственную муку.

 


Он в Ректорат пришёл,
(Ох, разговор там был тяжёл).
Ему там говорят: «Пошёл-ка вон!
Не нужен нам весь твой медальный звон.
В престижной сфере места нет тебе, –
Как, видимо, и всей талантливой гурьбе! –
В аспирантуру мы, профессора,
зачислим своих деток, и родню,
Долой, вам всем, пустую толкотню!
Зачислим, также, деток всяческих тузов,
Пусть, даже, если тупорылы, без мозгов.
А то, что ты призёр олимпиад,
Имеешь множество математических наград, –
Нам на твои медали наплевать!
Медали можешь хоть зарыть, хоть в стенку вмуровать.
Да, лишь бы, наши детки жили при почёте,
Хоть, тупорылы, но в зачёте.
А если хочешь аспирантом стать,
В науках, как Ньютон, когда-то, заблистать –
То, для тебя, и для таких, как ты,
Один лишь путь, для смехоты –
Мы примем только на коммерческой основе, –
И ректор, тут, нахмурил свои брови,
Прайс-лист таланту подал,
Который сам, вчера, переработал, –
И вот, расценки,
Коль есть в твоём кармане деньги».
Глядит талант в расценки, на множество нулей, –
Держись талант, и будь бодрей и веселей!
Ушёл ни с чем от ректора талант –
(Что значит наш правитель и гарант!)
Во всех других местах такая же картина, –
Таков удел простолюдина.

 


Отбор в науку, блатом мерзким, предопределён,
Талант ничем не защищён.
Нет, даже, честного отбора аспирантов,
(Ай, да кремлёвские гаранты!)
К вступительным экзаменам талантов не пускают,
А у блатных его формально принимают,
И даже, баллов-результатов не считают.
Такой в науке, всей российской, блат,
Ну и потом – никчемный результат.
Нет механизма гласного, и нет понятных правил,
В науку, словно, чёрт отбор возглавил.

 


Коль блата, у тебя, как не было, и нет,
И если не имеешь множества монет –
Твой путь в науке, не начавшись, полностью пропет.
Пусть, даже ты математический талант,
В профессию наук тебя не пустит ихний блат.
И если хочешь ты, в науках, птицей взвиться,
Попробуй стать учёным за границей.
Коль в математике – призёр олимпиад,
Покажешь там медаль, и множество наград.
И если тесты сдашь, как им угодно, и как надо –
Тебя возьмут в докторантуру,
как для мечты твоей отрада.
Ну, а в России, коль без блата, в аспиранты
(Такие вот в правителях гаранты) –
Нигде не впустят ни один математический талант –
В России, всюду, правит только блат.
___

 

 

 

 

 

 

 

Губернатор и родня…

басня

 

Как только губернатор, вдруг, сменился,
Весь властный аппарат засуетился.
И губернатор стал чиновников менять,
Перемещать и выгонять,
Или на пенсию быстрее отправлять.
И новый губернатор всю родню свою созвал,
И должности им лучшие раздал.
Тут брат, там тесть, здесь дочка с сыном,
И фондом уже правят два свояка кретина.
Троюродные братья, тоже, на коне,
Они там, в банках, словно птицы в вышине.
Двоюродные братья, а также дядя с тётей,
Возглавили театры, с его любовницей Авдотьей.
Но, и друзья, конечно, не забыты,
Эх, сколько денег с ними на гулянках попропито!
Все недра взял любимый брат,
А все финансы – его сват.
Вот так семейка – шайка-лейка!
Кому-то всё, ну а кому – судьба злодейка.
Власть тут, как всюду – это мафия в законе,
Такой во всей стране уклад, как на тюремной зоне.

 


Как раньше, впрочем, здесь воруется бюджет,
Обычный, как всегда сюжет.
Лес рубят, его скоро уничтожат,
А деньги по своим карманам ложат.
Все недра грабятся, на экспорт продают,
Ну, а народу ни одной монеты не дают.
А нефть и газ воруют, словно в чёрную дыру,
И деньги шлют какому-то столичному вору.
Народу ничего не достаётся,
Для шайки губернатора здесь капитал куётся.

 


И вот итог – клан воровской и властный.
Потуги правдолюбцев – все напрасны.
Всех, если надо, в порошок сотрут,
Всё разворуют, заберут и продадут.
И фабрикуют невиновным уголовные дела,
И садят в тюрьмы тех, кто дрался с властью зла.
Дискриминация повсюду и везде,
И весь народ годами, как в беде.
Нигде не видно на таких чиновников управы,
На всех просторах разграбляемой державы.

 


Где в государстве правит блат,
И где не ценят интеллект или талант –
Там кадры назначают, словно драка под ковром,
И самых лучших давят всем двором.
И где для кадров нет закона выявленья,
Где нет канона назначенья,
И нет порядка продвиженья –
Там в высшей сфере непристойное ворьё,
Ослы, бараны и жульё.
Где власть и менеджмент, весь, назначается по-блату,
Там, для народа жизнь, есть тяжелейшая расплата.
___

 

 

 

 

 

 

 

Поэт и начальник отдела культуры

басня

 


Один поэт поэму написал,
Я эту рукопись сам лично прочитал,
Не зря он, думаю, её писал и создавал.
И я запомнил его лиру, замечательную эту –
Хвала поэту!

 


И наш поэт пришёл в отдел культуры,
Не зная, что начальник – просто полудура!
(Где блат страною заправляет,
То, так бывает).
И ей сказал, с надеждою, поэт
(Он бедным был, и ей не дал златых монет):
«Прошу поэму, на бумаге, книжечкой издать,
Хочу поэму в книге увидать.
Я гражданин, и по закону, я имею право,
И конституции любимой нашей – слава!
Вы, кстати, только что издали собственную книгу,
Не верю тем, кто говорит, что будто бы, она безлика, –
(Он промолчал, что ею издаются, лишь, блатные и друзья,
К тому же, лишь, одна галиматья), –
Вот, рукопись, и я на вас надеюсь,
И вашим положительным решением,
я, словно, в радости согреюсь».

 


И эта тётка-полудура
(Она родня какого-то туза
возглавила культуру),
Взяв рукопись, швырнула на пол, в сторону поэта,
По их чиновному родному этикету,
И по какому-то провластному завету.
И заорала реактивным басом,
Спугнув всех мух с окошка, разом:
«Пошёл-ка, вон! Ты кто такой!?
Ты сам не туз, и не блатной!
Простолюдин и голытьба!
С такими, я всегда груба!
Не надо нам поэзии верблюда!
Вали отсюда!»

 


Ни с чем ушёл поэт с отдела по делам культуры, –
Начальник ненавидит простолюдье,
и творцов литературы.
Такое кредо у чинуши-полудуры,
(И эта басня, кстати, вся написана с натуры).

 


Начальник-полудура эта процветает,
И деткам всех тузов, в культуре,
дорогу пробивает.
Всё также ненавидит люд простой,
Всех, кто не туз, и не блатной.
И, даже, получила звание «заслуженный работник»
(Плясал от радости сам мэр, и мэрский хороводник!)
Повсюду правит грубость,
И необузданная тупость.
И без мозгов чиновничий чердак.
Вот, так!

 


Указ правительства, в газете, я лично прочитал,
Я, ранее, такого просто не видал.
Присвоено пожизненное звание,
Как пишет ихнее издание! –
Заслуженный работник по культуре!
(Хамлу и полудуре!)
Хотя и говорят, что сплошь и рядом,
Что раздают награды, лишь, своим и часто – всяким гадам.
Но, тут то, вижу наяву! О, подлецы! Смотрите и вылазьте!
Обыкновенное хамло, во власти,
Почётом награждается для разогрева личной страсти!

 


Когда свирепствует, повсюду, блат и взятка,
Когда таланты вне закона,
и нет во власти правды и порядка,
Тогда начальник по культуре в мэрии района –
Хамло и гадина по мерзкому блатному их канону.
___

 

 

 


Степан и финансовая пирамида

 

басня

 


Степан немного денег накопил,
(Он премию за квартал получил,
Да бонус за год не пропил).
Вот фонд какой-то, рекламируя, зовёт,
И деньги от людей работных ждёт.
Проценты супер-пупер обещает,
Из телевизора и день, и ночь вещает.
И люди, в этот фонд, колоннами бегут,
Чтоб деньги вложить, в очереди ждут.

 


Пошёл Степан туда, чтоб деньги сдать,
Чтоб деньги кровные отдать.
Он очередь огромную стоял,
И деньги свои скопленные сдал.
Ему бумагу дали,
А на деревьях, возле входа, птицы щебетали.
Проценты платят – радуется люд,
И песни вкладчики, от радости, поют.
Проходят месяцы и дни,
Идут проценты на купон, средь городской возни.
И ждёт Степан, когда удвоится весь вклад,
Ждать денег, как рантье, – таков теперь его уклад.

 


Настал момент, всего через полгода,
Везде одни невзгоды.
В работе пирамиды срыв,
А после, вдруг, как взрыв!
С огромным треском пирамида рухнула мгновенно,
(Но это, ведь, закон, а вовсе не небесная измена).
Все вкладчики в контору едут и бегут,
А деньги испарились, и вкладчики ревут.
Степан погоревал, и подсчитал убытки,
И напоследок выбросил рекламные открытки.

 


Да, ведь, такое было много раз,
И вот, опять, сейчас.
Три года не прошло
от взрыва предпоследней пирамиды,
Исчезла, словно, Атлантида.
Тогда гудела вся страна,
Там вкладчики послушали вруна.
Но мы, то знаем – пирамида рухнет,
Как аксиома, словно, взрывом ухнет,
И в пирамиде твои денежки сгорят,
Как, будто, в бездну улетят.
И если не идёт тебе урок,
То на своих деньгах,
ты убедишься быстро, впрок,
И потеряешь денежки свои –
С деньгами, в пирамиде, лучше не шути.
___

 

 

 

 

 


Талант и его шедевр

басня

 


Талант, как начинающий писатель
(Романтик и мечтатель),
Роман-шедевр о нашей жизни написал,
Шесть лет его писал и создавал,
И всё-таки, создал.
То был, фактически, дебют,
В честь книги, можно было б дать салют.
Сюжет могучий, актуальный,
Хотя, немножечко скандальный.
И персонажи все сильны и интересны,
Все на своих местах, и все уместны
(Я эту его рукопись читал,
Я был в восторге, и ещё разок перечитал).
Короче, книга удалась,
И в биографию его, неяркую, вплелась.

 


И наш Талант в Союз Писателей пришёл
(Литература – это не балет, и не футбол).
Там сотни рыл на шее у народа –
Литературные микробы.
И наш Талант отбил поклоны
всем литературным шавкам,
(Готовый к самым разным правкам и поправкам),
И говорит литературным псам,
Заранее не веря чудесам:
«Хочу, чтоб книга была издана в бумаге,
На этом моём жизненном зигзаге.
Такие вещи государство поручило вам,
И я готов поверить всем своим,
кремлём прокукареканным правам.
Мне с детства тарахтят, что я имею право,
И это моё право, теперь во власти вашего устава».

 


Ему они в ответ орут, как всем другим талантам:
«Мы книги всех гостей, так, что для автора без платы,
Печатаем по-блату,
Без платы – только так!
И более – никак!
Всё также, как во всей стране в престижных сферах,
Так раб велит, который на галерах.
И лишь, блатные, или наши детки и родня,
Тузы, и наши милые друзья, –
Печатаются нами за госсчёт, для автора – бесплатно
(Для нас – прекрасно, а для вас – досадно).
И нам плевать на твой талант,
Мы признаём, лишь, только деньги или блат.
Так уж устроена страна,
Меж нами и тобой – ментальная кремлёвская стена.
Коль хочешь книгу
(Хоть строгую мораль, хоть глупую клубнику),
Мы сделаем, лишь, на коммерческой основе.
Не надо хмурить брови!
Хоть проза, хоть стишата –
Плати деньжата».
Вот так, ребята!

 


Всё схвачено, и всё поделено,
Между ворьём разделено.
Заводы, недра, власть, и все престижные пути,
Как не верти судьбой, и не крути.
Где нужен гений и талант –
Там правит всем преступник-блат,
Так повелел гарант.
Всё что престижно, блат забрал,
Как словно бы, талантов задушил и всех обворовал.

 


И где, повсюду, блат царит,
То там – народ несчастен,
как будто бы бандитами ограблен и избит.
И там талант – без перспектив,
коль сын и дочь простолюдинов,
Там только процветает бездарь-идиот –
чиновничья детина.
___

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 


Верблюд-чемпион


басня

 

 

 

Верблюд, –
(везёт же горбуну!) –
Стал чемпионом по плевкам в длину.
И он, тряся своею золотой медалью,
Вдруг, сразу душу обнажил свою шакалью, –
Совсем зазнался,
Верблюд так в славу окунался.
И о себе Верблюд наш возомнил,
Скандал с начальством учинил,
Что он – есть самый главный во дворе,
И начинал всю власть качать на утренней заре.
Верблюд – звезда для прессы,
Его зовут на все спортивные конгрессы,
И он, уже, герой для новой театральной пьесы.
Верблюд от государства кучу денег получил,
И даже, орден Президент ему вручил,
И, лично, к шее прилучил.

 


Отныне, жизнь Верблюда – как в старину у князя,
И у него, теперь, совсем другие связи.
Он, при дворе, как принц или маркиз,
И выполняется любой его каприз.
Власть не тужила,
И, как всегда, в подобных случаях, решила,
Что мало, всего, Славному Верблюду,
Пусть, дескать, депутатом будет.
И вот, он в Думе всем известный депутат,
А не объект копытных стад.
(Зачем Парламенту итог и результат?!)
Верблюд правительством обласкан,
И телепередачами затаскан.
Он получает депутатскую зарплату,
Все блага чемпиону-депутату!
И перспективы стать всесильным бизнесменом,
Режим Верблюду – распрекрасный и отменный!
Когда по улице идёт наш депутат Верблюд,
Его уста, по сторонам, орут:
«Эй, расступись, скорей, народ!
Ваш депутат Верблюд идёт!
Ты мне поклон отбей быстрей!
Затем, отпрыгни в сторону скорей!»
Такой почёт даёт правительство Верблюду,
Под демагогию министров-словоблудов.

 


Какая глупая в правительстве привычка,
Здесь пригодилась бы отвычка.
Как, кто-то станет чемпионом (тут все рады),
То чемпионов власть толкает в депутаты.
Зачем народу, в депутатах, чемпионы?
Стране нужней народные законы.
___

 

 

 

 

 

Начальник Козёл

 


басня

 


Козёл – начальник в коллективе,
Назначен был приказом в директиве.
Он всех козлячими порядками извёл,
Ох, и козёл!

 


Без повода, он любит штрафовать,
И на людей орать, и оскорблять,
И работягам он зарплаты,
почти что, и не платит,
Зато, себе мешками денежки отхватит.
Сейчас, в бумагах цифры грубо исправляет,
И ластиком зарплаты, уменьшая, подправляет.
Он обложил поборами свой цех,
Монеты забирает подленько, у всех.
Он, также, фонд зарплаты, весь, обворовал,
Себе богатства долго создавал.
Как все козлы, он очень туп,
И очень-очень груб.
Он не даёт покоя работягам,
Ох, и уклад создал беднягам.

 


Его карьера на подъёме, и на новенькой ступеньке,
Козёл, с начальством, делит деньги.
Когда Козёл шагает, важно, по цехам,
Орёт, крутя башкой, по сторонам:
«Эй, быдло, шевелись!
В работу, дружно, все впряглись!
Тяни, крути, пока есть сила,
У вас нет прав! Вы не начальство, а рабсила!
Эй, быдло! Навались!
Эй, быдло! Шевелись!
Бе-бе! Бе-бе! Бе-бе! Бе-бе-е!
Ме-ме! Ме-ме! Ме-ме! Ме-ме-е!»

 


Ох, коллективу тяжко под начальником Козлом,
И работягам так не повезло!
И если праведность не писана начальству,
То, только коллектив
способен гнать с Козла нахальство.
Когда начальник ваш – козёл,
Весь коллектив совсем извёл, –
Объединяться нужно в профсоюз,
И будет коллективу мощный плюс.

 


Скажу для вожаков-трудяг,
И прочих разных работяг:
«Коль, если профсоюз, он есть, но спящий и плохой,
То профсоюз создайте новый и другой.
И ты возьми решимость на себя,
И небо будет славить смелого тебя».

 


И после, показать Козлу свою решимость и единство –
Долой скорей козлячье подленькое свинство!
___

 

 

 

 

 

Бегемот и саксофон

 

басня

 


Гиппопотаму-Бегемоту подарили саксофон,
А саксофон – не телефон и не айфон.
Подарок преподнёс Зелёный Крокодил –
Он дружбу с ним водил,
И саксофон для Бегемота на день рождения купил.
Потом, Гиппопотам добыл две тонны нот,
И этот саксофон теперь мурыжит Бегемот.
Куда-то делась его лень,
И саксофон гудит весь день, и каждый день.
И нет теперь покоя всем животным,
И нет покоя земноводным,
И нет покоя птицам беззаботным.
Как только настаёт восход,
Так всех, тут, громом будят саксофон и Бегемот.
Хорошая игрушка Бегемоту,
И муки озеру, и близлежащему болоту.
Тут возмутились Пеликан,
И пьяница Баклан:
«Послушай, Бегемоша!
Ты всё здесь растревожил, как вельможа!
Всем надоел, с блестящим саксофоном,
Ненужным шумом, музыкой и звоном».
И отвечал им Бегемот,
Давно живущий без забот:
«А мне плевать!
И никому меня не затоптать!
И никогда не напугать!
Я саксофонной музыкой увлёкся,
От глупой вечной и озёрной суеты отвлёкся.
Я стал маэстро музыки, теперь!
То подтвердит любой, в округе, зверь!
Пусть привыкают все к прекрасной музыке моей,
И я имею благодарность от властей.
Кому не нравится – то пусть уходит! Не держу.
Я скоро всю округу саксофоном раскружу».
Вот так, всем отвечает Бегемот,
Покоя нет, вокруг, от всяких бегемотских нот.
Весь день, до вечера, игра на саксофоне,
Как в телевизоре на музыкальном марафоне.

 


Подарок другу выбирай с умом,
Подумай, оглянись по супермаркету, кругом,
Дарить, уж лучше, сувенир или кулон,
Но, только, не дарите Бегемоту саксофон.
___

 

 

 

 

 

Гусь-олигарх и Утка с утятами

 


басня

 


Гусь птичий мир обворовал,
И олигархом стал.
И, перед ним, снимает шляпу даже, Рэкс,
И также, Попугай-балбес.
Наш Гусь имеет, в банках, много денег,
И ауру хранят, ему, семь чёрных кошек-ворожеек.
По миру, много фирм Гусю принадлежат,
И деньги, всюду, власть вершат.
Вдобавок, Гусь – банкир, как ростовщик,
Индюк ему – помощник и денщик.
Гусь деньги, под проценты, в долг даёт,
И часто, песнь, под клюв, гусиную поёт.

 


А Утка задолжала две монеты,
Гусь обошёл все кабинеты,
И к Утке, Гусь, придя, потребовал весь долг,
(Он, от долгов, имел и выгоду и толк):
«Давай должок! Монета плюс проценты!
Скорей, гони мне две монеты!»
(И приставов привёл – трёх петухов.
Ох, не боятся собственных грехов!)
И Утка олигарху отвечала,
И очень виновато забурчала:
«Я деньги обязательно отдам.
Я рыбы наловлю, и распродам.
И принесу тебе монеты,
Сейчас в семье у нас, лишь, только беды».
И Гусь, тут, головою закачал,
И, во всё горло, закричал:
«Я долго жду! Я две недели ждал!
И ждать, уже, совсем, устал!
Ведь, я предупреждал!
Теперь, чтоб этот долг покрыть,
По договору деньги возвратить,
Тебя, и всех твоих утят,
Я отправляю на ближайший мясокомбинат!
Бумага от суда и прокурора – вот!
И никаких, у вас, долгов или забот, –
Гусь ей бумаги, от судьи и прокурора, показал,
И вновь, потом, заверещал, –
Вас всех, сегодня, сдам на мясо и на перья,
И две монеты мне дадут без волокит и лицемерья!
Я – олигарх!
И я деньгами дорожу,
как, собственной короною, монарх!
Нет счастья большего на свете,
Когда твоя душа живёт в монете!»

 


Утят и Утку приставы загнали в автозак,
И повезли вдоль речки, на большак.
Потом, приехали на мясокомбинат,
И сдали на перо и мясо Утку и утят.
Гусь олигарх вернул себе, с процентами, монеты –
Такие вот, приветы.

 


У олигарха – вся душа в его деньгах,
Как деньги – полностью, в его свихнувшихся мозгах.
За долг, в монеты две, убьёт любого, или в рабство сдаст,
И семью должника, куда-нибудь, продаст.
Богач – он выходец из всяческих хапуг,
А олигарх – всегда бессовестный паук!
___

 

 

 

 

 

Дипломированный Баран

басня

 


Баран окончил университет,
Платил папаша много лет.
Диплом торжественно Барану был вручён,
Под музыку, Баран в элиту посвящён.
Диплом вручил Барану сам декан,
Ох, и счастливец наш Баран!

 


Баран папаша – туз,
Богат и весел, как арбуз,
Ну, и Баран, сынок, пристроен в министерство –
Считай, как над планетой изуверство.
И вот, в правительстве работает Баран,
Там вся родня, и их бараний клан,
Воруют миллионы из казны,
Совсем разграбленной страны.
Доход приносят также взятки,
В открытую, без боязни закона и посадки,
А также бизнес, что их клан вовсю ведёт,
И на страну свою плюёт.
Ну, и огромная зарплата,
Плюс министерская доплата.

 


Прошло не так уж много лет,
И исполняется любимый папочкин завет –
Баран становится министром,
На всём своём пути, и вовсе не тернистом.
Назначили Барана истуканы.
А впрочем, там и без него одни бараны.

 


Работа у баранов, там – шаляй-валяй,
Ты только все бумаги президенту отправляй.
Их гложет тупость, лень, и казнокрадство,
И в отношении простых людей, от них – одно злорадство.
Так наслаждался статусом Баран,
И ммме-е-е, и бббе-е-е всем говорил в телеэкран.
Он подымал бараний звон,
И говорил Баран всем в микрофон:
«Как счастливы те страны,
Там, где в правительстве – одни бараны!»
Он вечно важен, как надутый помидор,
Несёт в экран тупой бараний вздор.

 


И управлял он в министерстве так,
Что вся страна скатилась в кавардак.
Продукты стали исчезать.
(Но надо же, всё так разворовать!)
Исчезло всё, и с каждым днём всё хуже,
Ну а министру – что жара, что стужа.

 


И вот случился бунт, и Революция под праздник,
Баран – министр, а не какой-то там урядник.
Виновны экстремисты и народ,
А не чиновный разный сброд,
И не тупой бараний и правительственный род.

 


А революция всё ширится в разгоне,
И, несмотря на то, что наш Баран – баран в законе,
Он пойман, и уже с баранами в загоне.
Идёт жестокая гражданская война.
Ох, долго вызревала, с баранами, она.

 


Нельзя сказать, что наш Баран один виновен,
Да сам премьер-министр (с Президентом)
более греховен,
Там все министры всю страну давили,
В коррупции бараны страну всю утопили.

 


Хоть дипломирован Баран, с бараньими рогами,
Он дипломирован деньгами.
И дипломированный глупенький баран,
Бич, с давних лет, у самых разных стран.
Где блатом назначаются в правительство бараны,
Там в жизни политической случаются бураны.
Хоть дюжиной дипломов наш Баран обвешен,
Его итог работы будет, как обычно, безуспешен.
Когда бараны правят государством,
И, как всегда, с наглейшим барством,
То бунт и Революция взорвутся над страной,
И, даже, может быть, с гражданскою войной.
___

 

 

 


Белый Медведь и его шкура

 



басня

 

 

 

Медведь полярный белый,
(А зверь-то, он – красавец,
да и, к тому же, очень смелый),
Хвалился перед Чайкой, находясь на льдине,
В полярной холодине:
«Красивей меха, чем у нас, медведей белых, – нет!
А как блестит на солнце, отражая свет!
Мех этот, очень тёплый, и поэтами воспет.
Нет в Ледовитом Океане лучше меха,
И в Заполярье, он для нас – залог успеха.
И Север – это мой полярный край,
Тут много рыбы, только в воду прыгать успевай.
Жить без помех,
Нам помогает лучший в мире мех».

 


Но тут охотники на катере приплыли,
И нашего полярного Медведя застрелили.
И застрелили ради меха,
Охотникам – и деньги, и утеха.
Медведю смерть из-за прекрасной тёплой шкуры,
Такие шуры-муры.

 


Когда ты ценностью какой-то обладаешь,
Ну, а своих врагов, совсем не замечаешь,
Беспечно будешь жить и рассуждать –
Ты лёгкой жертвой,
как Медведь полярный, этот, можешь стать.
Ты дальше от врагов, всегда держись,
Коль надо, спрячься, или затаись,
А если можешь, то вооружись.
___

 

 

 

 

 

Жираф и стрекоза

 


басня

 


Жираф всегда, как рыба океанская, молчит,
Не говорит, и даже, не кричит,
Он не брюзга, и вовсе, не ворчун,
Копытный праведник-молчун.
И Стрекоза, набравшись духу,
Взлетела к голове его, и к уху.
И наша Стрекоза спросила у Жирафа,
(Она его, одна лишь, понимала,
как секретарь у графа),
И говорили на каких-то, всем неслышимых частотах,
И на жирафовых, где голова его, высотах:
«Ты почему, Жираф, всегда молчишь?
И даже, как корова не мычишь?
И слова никогда не скажешь,
И гимны звёздам не поёшь,
и небо, песней, не уважишь?»
И отвечал Жираф,
Саванский африканский граф:
«Мы, все жирафы, не умеем говорить,
мычать, или по-своему кричать.
Зачем врагов, на стадо, зазывать,
И хищников ненужных привлекать?!
Мы, хоть, сильны, и нам никто не страшен,
Но жирафята все беспечны, слабы,
и пункт защиты их – он стаду очень важен.
Чем меньше хищников вокруг,
Тем меньше стаду всех душевных мук!
Нас безголосыми Вселенная создала,
И в Африку прислала.
Мы даже, песни небу не поём,
Вот так мы безголосыми живём».

 


Такой жирафовский, в молчании, уклад,
Жираф молчанию своёму очень рад!
У множества двуногих и бесхвостых, хоть и не везде,
А только иногда, и кое-где,
Во всяких ситуациях, у всяческих людей –
Молчанье золото, и даже,
если слово неуместное, молчание – мудрей.
___

 

 

 

 

 

 

 

Акула

басня

 


Акула, обнаглев,
И пообедать захотев,
Сказала, знаками всем рыбам,
Ну, и своим привычным хрипом:
«Я в этикет вношу свой вклад,
Отныне, мне плевать на наш уклад.
Я буду, всех подряд, хватать,
И жертвы весело съедать».
И тут, она, за хвост, схватила дельфинёнка,
Дельфиньего ребёнка.
Но дельфинёнок попытался вырвать хвост,
Рванувшись, резво, на зюйд-ост.
Но хвост его был перекушен,
Почти откушен.
И дельфинёнок умер от потери крови, вскоре,
(Он был всегда неосторожен в океане, или в море).

 


Чтобы ослабить весь акулий вражеский разгул,
(Дельфин – он враг больших акул),
Дельфин, он носом, может бить, на скорости, акулу,
Он, как торпеда, защищает море,
от акульего разгула.
И стая вся, дельфинья, вмиг собравшись, порешила,
И к смерти ту Акулу, через час, приговорила.

 


Нагнала стая ту жестокую Акулу,
(Была поставлена задача караулу).
И все дельфины – каждый по удару,
Нанёс ей в тело, как от неба кару!
Убита наглая Акула!
И меньше будет подлого, преступного,
акульего разгула.

 


Когда ты в грабеже, а может, беспричинно,
(А то, из хулиганства, или безмотивно)
Кого-то, зверски убиваешь,
И мук, от совести, совсем не ощущаешь –
Ты, как Акула эта, с наказанием сойдёшься,
И ту же кару, что Акула, та, когда-нибудь дождёшься.
___

 

 

 

 

 


Заяц и рэкет

 


басня

 


Решил, однажды, Заяц бизнесом заняться,
По социальной лестнице подняться.
И Заяц магазин открыл в своём лесу,
К тому же, с выходом к дороге, на лесополосу.

 


Тут Волк узнал, что Заяц богатеет,
И на Гавайях отдыхает,
а также всякими богатствами владеет.
Наш Волк, от зависти, завыл и заскулил,
И свои зубы заострил.

 


Вот, Волк явился к Зайцу, в магазин,
И говорит ему: «Здорово, гражданин! –
И Заяц задрожал, в испуге,
От хищного хапуги.
И Волк наш начал разговор,
Как бандюган, и самый главный вор, –
Косой! Ты, словно мэр наш, богатеешь,
И на Гавайях загораешь,
и всякими богатствами владеешь.
Делиться надо, Заяц, с главным бандюганом леса,
Не будь, Косой, глупцом-балбесом!
Да, у тебя, ведь, дети и жена,
О них, подумай, старина!
И ты, отныне, четверть всех доходов,
Так, чтоб, без нервов, и без всяческих расходов,
Перечисляешь мне!
Представь, Косой, как будто бы, себе.
А если будешь упираться, и скажешь, нагло, – нет,
То всю твою семью, я съем, и всем твоим привет!».

 


Ещё сильнее Заяц задрожал,
и головою покачал,
И Волку испугавшись, отвечал:
«Да, у меня, – долги, по всем кредитам, в банках,
Я, даже, задолжал зарплату, всем своим служанкам».
А Волк, в тот миг, весь злобой волчьей пышет,
И Зайцу отвечал: «Косой! Меня, всё это не колышет».
И дверь открыв, домой пошёл,
И неспеша ушёл.

 


Наш Заяц страху натерпелся,
Передрожал, и громко разревелся.
Потом, пошёл в полицию к Медведю, ненадолго,
И подал заявление на Волка,
Хотя, он знал – не будет никакого толка.
И точно, – результата никакого,
И терпят звери этого Медведя – начальника такого.
На заявление, отписку выслали, в ответе –
Всё, как в классическом сюжете.
От рэкета, Медведю шёл процент,
почти что, половина –
Вот, в чём вся изначальная причина.

 


Где полицейские, от взяток, богатеют –
Там рэкетиры, и все прочие преступники, наглеют,
и все грабители, от радости, балдеют.
___

 

 

 

 

 

 

 


Кит и Пингвин

 


басня

 


Пингвин задумал в теплые края переселиться,
Чтоб холод Антарктиды позабыть,
и на экваторе, под солнцем, вечно веселиться.
О тёплых землях, и тропической природе,
О крокодилах, флоре, и о друге Бегемоте,
Ему рассказывал подплывший к ним Дельфин.
И загорелся планами Пингвин.

 


Тут, мимо Кит, к несчастью, проплывал,
И наш Пингвин к нему подплыл, и целый час увещевал:
«Китяша! Я прошу, меня к экватору доставить.
Я подружусь с прекрасной тёплою волной,
Там рай Земной,
И там, прошу меня, под пальмами, оставить».

 


Подумав, отвечал Пингвину Кит,
Без всяких лишних слов и волокит:
«Пингвяша! Прыгай мне на спину!
И я сгоню твою печаль-кручину.
Тебя доставлю быстро на экватор,
Где в устье речки
обитает злобный Аллигатор.
Держись подальше от него,
и от зверей тропических лесов.
И от людей, особенно, от всяческих
чиновничьих тузов».

 

И Кит поплыл по океану, с Пингвином на спине,
Пингвин вручил свою судьбу морской и злой волне.
Прошли недели в океане,
Пингвин сидел весь путь на нашем Великане,
И путь держали к речке, где обитает Аллигатор,
И Кит приплыл туда, где жарко и экватор.

 


«Приплыли, – молвил Кит Пингвину,
Проделав длинный трудный путь,
дела свои немного отодвинув.
И высадил его на берег, где в речке обитает Аллигатор,
На берег, там, где жарко, и экватор. –
Живи, и весел будь, Пингвяша!
Ну и веди себя скромнее возле пляжа».
И Кит вильнул хвостом,
И в океан уплыл, в свой океанский дом.

 


Зажил Пингвин на жарком континенте,
В своём, по глупости, свершённом прецеденте.
Но с первых дней стал чахнуть, от жары,
(А Кит уплыл в свои миры).
Не смог Пингвин к такому климату привыкнуть,
И умер, вскоре, от жары,
и не сумел он даже, перед смертью, в небо крикнуть.

 


Коль ты, с холодных мест, решил переселиться на экватор,
Где обитает крокодил, или зубастый аллигатор,
Иль в тропики тебе захочется уехать,
Навечно в тропики заехать, –
То, будь готов к жаре, как пытке,
Такая перемена мест бьёт по здоровью шибко, и не шибко.
Бывает, иногда, для непривыкших – смерть,
(Когда в тебе здоровье – то под тобою, словно, твердь).
Коль не привык к жаре, то лучше бы, себя не гробить,
И никуда не уезжать,
Чтоб жизнь свою жарой не обрушать.
А коль нужда, куда-то переехать,
но чтобы сердце не озлобить,
То в мягком климате себя желательно устроить.
___

 

 

 

 

 

 

 

Концерт Вороны

 


басня

 


Ворона каркает на дереве, и пляшет,
И крыльями, как парусами, машет.
Перелетит на дерево другое,
(На всю округу представление такое),
И снова каркает: «Карр! Карр!»,
Она сама черней, чем кочегар.
На крыше школы, также, пляшет и кричит,
И вниз кокетливо на школьников глядит.
Вот, приутихла чуть, и на крыльцо слетела,
На кошку Мурку посмотрела,
(Та тоже, бедокурка!)
И, по-вороньи, спрашивает Мурку:
«Подруга милая! Как мой, тебе, концерт?
Мне, словно муза,
шлёт свой поздравительный конверт!
Во сне я музу увидала,
И эта муза меня к песням призывала.
Я так старалась!
Я увлеклась, и заигралась.
Ведь каркать песней – вот великое искусство!
И песнь моя у всех разбудит лучшие незыблемые чувства.
Я думаю, раскрылся мощно мой талант!
Ведь, наши все вороны говорят –
Вокал мой, словно бриллиант».
И отвечала Мурка ей,
Подруженьке своей:
«Нет, милая Каркуша!
Хоть ты красотка и милуша,
Когда свои куплеты ты здесь пела,
То мне, и всем в округе – надоела.
Ты сделай всем подарок – помолчи!
Не пой, не каркай, не кричи!
Не надо никому тут песенок вороны,
И не нужны, всем нам, твои аттракционы».

 

 

 

Как много в телевизоре бездарных вокалистов,
И всяческих блатных артистов.
Петь не умеют, а в телевизоре мычат,
И, как вороны, каркают и весело рычат.
Кому-то пляшут, завывая, эти узурпаторы экрана,
(Они – как будто бы, вороны всяких властных кланов).
За много лет всем надоели! Ох, тоска!
Везде уклады паука.

 


Эй, небо, дай скорей порядок и закон –
Избавь эстраду от ворон.
___

 

 

 

 

 

Конь и Автомобиль

 

басня

 


Конь, отдыхая в чистом поле,
И утро, отработав в конной школе,
Решил сравнить себя с автомобилем,
И чуть посостязаться в скорости на милю.

 

И Конь воскликнул,
И гордо, на всё поле, крикнул:
«Чем хуже я железного коня?
Ему не обогнать меня!»

 

Конь выбежал на сельское пустынное шоссе,
И с краю встал на автополосе.
И он машину выждал, проезжающую мимо,
Потом, помчался вровень с ней невозмутимо.
И он помчался, вместе с нею, по дороге,
Чтоб в гонке поразмять свои копыта, кровь и ноги.
И вот, они несутся вдаль,
Водитель жмёт автомобильную педаль,
Авто и Конь летят, и вровень три минуты мчатся,
И удалью, друг другу, словно бы, кичатся.
Конь рвётся изо-всех предельных сил,
Наш Конь устал, и сам себе, уже не мил.
Но вот, водитель жмёт на газ,
(К концу подходит наш рассказ),
И сразу Конь остался позади,
А наш Авто – намного впереди.

 


Обидно, ведь, Коню!
Пусть прекращает всю такую беготню.
Ведь, Конь слабее, чем Автомобиль,
И Конь бежать не может в раз,
две сотни километров, или миль.
Железный двигатель, металл
и внутренний огонь
Сильнее и мощней,
чем самый сильный на планете конь.
___

 

 

 

 

 

Корова и балет

 


басня

 


Корова в телевизоре увидела балет,
И балерин, танцующих, из оперы, фрагмент.
И тут, корова загорелась романтикой и планом,
На зависть всем коровам, воронам и бакланам.
Она решила тоже, балериной стать,
И научиться танцевать.
Да так, чтоб славу, словно прима, обрести,
И в оперный театр на работу, балериной перейти,
И примой стать в балете,
И слава, чтоб неслась о ней, по всей Земле-планете.

 

Три раза промычав, она проговорила,
И стаду своему, корова объявила,
Когда по лугу, меж подружками ходила:
«Я стану прима-балериной в оперном театре!
Му-му!
И я уже, почти на старте!
Я лишь, немного подучусь,
И в пируэтах покручусь,
И в коллектив театра, сразу перейду,
И к славе балеринской, уверенно пойду!»

 

Но, танцевать корова не умела,
Учиться надо. И она такой совет уразумела.
Но, как корове научиться танцевать?
Не суждено, кому-то знать, или узнать.
Самостоятельно она решила научиться,
Чтоб в будущем, в журнальный глянец воплотиться.
Коровой движет балеринская мечта,
Такой коровий план и высота.

 

Корова наша попыталась танцевать,
Учиться и вертеться, себя тренировать.
Но вот, искусство танца, у коровы не идёт,
Но может, к ней прозрение придёт!
И в пируэтах падала корова много раз,
Как говорится, – без прикрас!
Четыре дня корова мучила копыта,
Уж, лучше бы, щипала травушку досыта.
И бык, два раза промычал,
Потом, не вытерпев, сказал:
«Ты, милая, идёшь на авантюру.
Му-му! Му-му! –
Однако, сдуру!».
Ну, а корова репетировала танец,
Хотелось ей в журнал попасть, на глянец.

 

Когда она, на день шестой, упала в сотый раз,
Вертя свой фуэте, чтоб сделать выкрутас, –
Мечты балетные, тогда, оставила корова,
И жизнь коровья к ней, вернулась снова.

 


Какой же, из коровы может быть балет!?!
Корова – балерина?!? Да нет, же! Нет! И нет!
Корова никогда не станет балериной,
Тем более, звездой балетной, и былинной.
Есть аксиома, как начальные основы,
Основы, с аксиомами, незыблемо суровы!
Ах!!!
Балерина – ремесло не для коровы!
___

 

 

 

 

 


Кот Васька и Мухтар

 


басня

 


Кот Васька тихо шёл куда-то,
В предпраздничную дату.
Шёл мимо будки, и светило солнце ярко,
А в будке жил Мухтар – хозяйская овчарка.
Мухтар, от скуки, отдыхал,
И очень крепко спал.
А в миске был его, не съеденный бифштекс,
(Мухтар наелся, съев прекрасный сладкий кекс).
Бифштекс отложен был на ужин,
Стоял июль, а не зима со стужей.
Кот Васька тут остановился,
И хвост его, от радости, трубою кверху взвился.
И огляделся Васька, чтоб никто не видел,
Себе представил, сладко,
как он бифштекс мухтаровый похитил.
И видя, что Мухтар уснул, и крепко спит,
А вкусный жареный бифштекс не съеденный лежит,
Решился Васька, наяву, бифштекс украсть и съесть,
А коль, Мухтар проснётся, вдруг,
то на забор запрыгнуть и залезть,
(Чтоб не настигла Ваську месть).
Хозяева, лишь, вечером придут,
Лишь, вечером Мухтару с Васькой мяса подадут.
Но это ждать – с ума сойти,
И как, тогда, от соблазна уйти?
Ну, а пока, кот Васька всколыхнулся,
По сторонам, всем, хитро оглянулся,
Подкрался, тихо, к миске, коль Мухтар наш спит,
(Лишь, бабочка, в траве, одна вблизи сидит).
Схватил бифштекс, и тихо, на пять метров удалился,
(Ну, а Мухтару сон десятый, в это время, снился).
А после, Васька побежал, стремглав, за угол дома,
Где после трапезы, на солнышке, решил упасть в истому.
Бифштекс кот Васька положил у ног своих,
И выглянул за угол, и притих.
Погони нет,
И друг его Мухтар не скачет Ваське в след,
А значит, Ваське будет дополнительный обед.
И съел кот Васька весь мухтаровый бифштекс,
Такой, у Васьки, воровской рефлекс!
Кот Васька – ох, ворище!
Опять, трубой, поднял своё хвостище.

 


Мухтар проснулся, и увидел всё кляня,
Что обворован, кем-то нагло, среди дня.
Мухтар завыл от горя и досады,
И начал лаять – где же эти гады?!
А Васька ворюган, вновь, мимо проходил,
Мухтар его спросил:
«Не видел ли, воров, дружище,
Кто этот наглый гад-ворище?»
И тут, Мухтар своёго друга Ваську в краже заподозрил,
И, даже, с ним немножечко повздорил.
Но, наш ворюга Васька сразу же, отпёрся,
От кражи Васька сразу же, отрёкся:
«Я видел всех воров –
То шайка мух и комаров.
Бифштекс твой мухи, с комарами, весь украли,
И в пять минут сожрали.
Я их пытался отогнать,
Но не умею я по воздуху летать.
Тебя будил, будил, будил –
Никак не разбудил.
Бифштекс той шайкой съеден, и украден,
И этой шайкой ты ограблен.
Лови теперь, Мухтар, воров –
Всех мух и комаров.
И Васька дальше мимо пошагал,
Ну, а Мухтар всех комаров и мух, теперь, ругал.
Ох, наш Мухтар, ну и простак.
Какой же, он чудак!

 


Мир этот не живёт без краж, и без потех,
Обворовали сторожа – вот хохот, и вот смех!
Скажу для всех, не только сторожам –
Всем людям, всем воронам, всем собакам и ежам:
«Чтоб избежать таких напастей,
Не допустить разгула всяких васек,
Не щёлкай клювом, ртом и пастью».
___

 

 

 

 

 


Кролик во дворе

 


басня

 


Хвалился Кролик во дворе,
Он похвалялся, утром, на заре,
Что сам Хозяин его всячески лелеет,
И то, что Кролика никто ослушаться,
в усадьбе, скоро не посмеет.
Он Кролик – важная персона,
И для него, готовится в усадьбе, властная корона.
А вечером, опять, перед усадьбой всей, хвалился,
Как будто, он с Луны свалился:
«Я, Кролик, – у Хозяина в почёте!
И у него, такие, – все на перечёте.
И скоро, стану я начальником в усадьбе,
Тогда, я приструню всех вас,
как воспитатель деток в детском саде».

 


Но Курица ему, тихонько объяснила,
И прокудахтав, всю судьбу, для друга прояснила:
«Все кролики, – идут на мясо, и на мех.
Тебе, мой друг, не до утех.
Из шкуры, из твоей, сошьётся шапка,
И будет продана с прилавка».

 


Когда ты кролик, то финал твой предрешён,
И после осени, твой праздник будет завершён.
И там, тебя сдадут на мясо, и на шкуру.
Насчёт короны ты мечтаешь – это сдуру,
И только, лишний раз, мечтой себя перетревожишь…
Спасайся, если можешь.
___

 

 

 

 

 


Носорог-мафиози

 

и Волк-полицейский

 


басня

 

 

 

Волк полицейский службу нёс,
Друг наркомафии – он ихний верный пёс.
И Носорог – главарь преступной группировки,
Приехал к Волку, для корректировки,
И для какой-то нормировки.

 


Волк наркодозы продавал всем наркам, прямо с воронка,
И нанял также нарка бегунка.
И Волку Носорог медаль, от мафии, вручил,
А также, денежную премию, приличную, всучил,
Медаль на китель Волку, лично, прицепил,
На грудь, где орден был от полицейского начальства,
(За показатели, и наглое нахальство).
И Носорог, в честь Волка, речь толкнул,
Как только, мафиозную медаль
на китель Волку пристегнул:
«Ты верный член всей нашей мафии и банды,
И орден, этот, заслужил, как верный член команды!»
И заблестели, на мундире Волка, две награды,
И полицейские в начальстве очень, даже, рады,
(Им Волк платил положенный процент –
Таков уклад, а вовсе не какой-то прецедент).
Медаль и орден!
Вот, так хеппи-энд!

 


И отвечал Волк-полицейский Носорогу и бандитам:
«Друзья! Я вам и мафии служу по всем орбитам!
Мы наш наркотик – горы продадим!
И денег много срежем, и планы в жизнь все воплотим!
Вам всем – я верный побратим!
Я – ваш братан!
Я – супер-пупер полицейский-бандюган!»

 


У наркомафии Волк-полицейский в славе и в почёте,
И наркодиллеры стоят на подотчёте.
Но Носорога звери, с поличным, задержали,
Связали, и в участок полицейский доставили и сдали.
Тут дело принял полицейский Волк,
Привык к арестам нарковоротила Носорог,
Ведь, Носорога задержали раз в седьмой, или в восьмой,
И Волком Носорог отпущен был, без промедления, домой.

 


Когда в полиции, лишь, волки и гиены,
Их всех «раскупят» быстро все бандиты, или бизнесмены.
Чтоб не служил в полиции преступник, или вор,
В полиции необходим, по качествам, отбор.
Когда отбора нет, или отбор за взятку и по-блату,
Когда на службу принимают за преступную оплату,
Когда закона нет, то всюду, только плётка и нагайка, –
Тогда полиция – есть банда, мафия и шайка.
Когда среда преступная везде, –
Там, и во власти правды нет, нигде.
Там, банды чувствуют себя вполне привольно,
Злодействуют преступники, повсюду, своевольно,
Там, полицейский – мафиози серый Волк!
Там, торжествует наркогангстер Носорог!
___

 

 

 


Разбойник Волк

басня

 


Волк, в магазине, семь капканов закупил,
Он мясо коз лесных любил.
И продавцу шакалу объяснял,
И разъяснял:
«Я очень коз лесных люблю,
Я их ловлю в вечернюю зарю.
Нет мяса на Земле нежней,
И козы всех вкусней.
Капканы облегчают волчий труд,
А сплетни, про волков, всё врут».

 


Придя домой, наш Волк пустился в пляс,
От радости, плясал весь час.
И вот, Волк по лесу с мешком шагает,
Капканы, что в мешке, повсюду расставляет,
И сочинённый шлягер напевает:
«Эй, козы! Все, скорей, в капканы!
На мясо дяде Волку-бандюгану!
Поторопитесь побыстрей,
Нет вас, рогастые, сочнее и вкусней!»

 


Наш Волк капкан поставит, и проверит,
С инструкцией всё сверит,
И расстояние рулеткою измерит.
Вот Волк капкан последний расставляет,
И тут же проверяет,
И расстояние рулеткой, дважды, измеряет.
Но при проверке этого последнего капкана,
Он подскользнулся у цветущего калгана.
И лапой левой, заднею, в капкан свой угодил,
Капкан его поймал, и очень больно, накрепко схватил.
Взревел наш Волк: "Вай-Вай! Вай-Вай! Вай-Вай!"
Завыл и заскакал, и поднял волчий хай.
Капкан железом острым в лапу впился,
Как будто, львиными зубами на Волка обозлился,
И, кое-как, скуля, освободил он лапу,
Там, чуть не потерял свою же волчью шляпу.
Схватился за ногу, и выл «Вай-Вай! Вай-Вай! Вай-Вай!»
Он так скакал, хоть песню запевай.
Ах, Серый! Этот, весь урок – не забывай!

 


Вот Волк домой, хромая, распечаленный идёт,
И шлягер больше не поёт.
Врач Филин быстро прилетел,
И лапу Волка осмотрел.
Потом, её зелёнкой и лекарством смазал,
Забинтовал, а Волк, от боли, выл и ахал.
Три месяца его нога лечилась,
И лишь, потом, вся боль угомонилась.

 


Волков от зла не отучить,
Зерном с травой питаться, их не научить,
И все желают Волка проучить.
Его накажет жизнь и небо,
Такая волчья аура и репа.

 


И если ты, кому-то, строишь зло,
как Волк и интриган,
Как наглый бандюган и ворюган, –
Ох, попадёшься в собственный капкан!
___

 

 

 

 

 


Собрались депутаты

 


басня

 


Собрались депутаты,
Наглы, нахальны и мордаты, –
Одни ослы, бараны и козлы,
Отъеденные морды розощёко-веселы.

 


Решают ряд вопросов на сегодня,
Почти дискуссионная жаровня!
«Иа!» - орут ослы,
И «бе-е-е» и «ме-е-е» в ответ кричат бараны и козлы.
Ай, да собрание! Ай, дума!
Как развлечение немногих толстосумов.
Те, что народ обворовали,
Но их, же, в депутаты избиратели избрали.
Вот утверждается бюджет,
Средь них согласья никакого нет.
И каждый хочет из бюджета денежки урвать,
На свою фирму ряд коммерческих заказов передать.
И, меж бараном и ослом случилась драка,
Как телевизор показал,
и пишет протокольская бумага.
Как делят государственные деньги и заказы,
Под заклинания газет, и лживые рассказы.
И как один козёл
спустил осла по лестничным ступенькам
(Газеты, хоть, расслабят публику маленько).
И вновь бодаются бараны и козлы,
И в драку лезут разъярённые ослы.
Статьёй бюджета их диктуются доходы,
И в шкурном интересе их драчливые заходы.
Такой обычный депутатский интерес,
И за эксцессом следует эксцесс.
Ну, а проблемы и народ?
Ну, а народ, с проблемами, - не в счёт.

 


Где правят, лишь, ослы, бараны и козлы,
Там дни народа тяжелы,
Горьки, безвкусны и кислы.
Там только толстосумы и ворьё,
А также, – мелкое жульё.
Судьбой своей ты не шути, и не балуй,
Настанут выборы – мозгами голосуй.
___

 

 

 

 

 


Слон

 


басня

 


Слона Торговец, как-то нанял на разгрузку, –
С вагонов фрукты выгружать,
и в фуры сделать, вновь, загрузку.
Слону Торговец обещал три ящика бананов,
(Что он привёз на корм для коз, и для баранов).
А также, ящик апельсинов,
И плюс, четыре килограмма мандаринов.

 


Весь день наш Слон вагоны разгружал,
И в фуры эти фрукты загружал.
Он, хоть, и Слон, но к вечеру устал от этой всей работы,
А также, от жары и солнечной погоды.

 


И говорит торговцу Слон,
Отбив положенный поклон:
«Я выполнил работу, как мы договорились,
Бананы, нынче, неплохие уродились.
Прошу со мною расплатиться,
Бананы, и все фрукты, заставят сердце лучше биться».

 


Торговец на Слона, всей злобой, закипел.
Он заорал, и, с каждым мигом, нагло свирепел:
«Да, ты паскуда!
Пошёл быстрей отсюда!
Коль жив, ещё, покуда!
Не будет платы за работу –
Ты, вовсе, не моя забота!»

 


Торговец очень жадным был,
И очень мерзостным прослыл.
И Слон наш, словно, тигром обозлился,
Как будто, лев в него вселился,
Разбушевавшись, он авто с торговцем опрокинул,
Тот, даже рта, с испуга не разинул.
Потом, машину сильно смял, и сильно протоптал,
И скинул в яму, вместе с ним, чтобы Торговец не роптал,
Торговец сутки, от испуга, не вставал, –
Всё с воздухом ругался,
Отныне, нашего Слона он, словно, хищника боялся.

 


Тот, кто не хочет оплатить произведённый тяжкий труд –
Он есть мошенник, вор и плут.
И место для него – в тюрьме,
В сырой тюремной и холодной полутьме.

 


Однако, не накажут, строго, эту шваль.
А жаль.
___

 

 

 

 

 

 

 

Свинья и лужа

 


басня

 


Свинья в жару, средь дня
(На то она, и есть Свинья),
И по свинячьи, в радости, крича,
И по доске копытками стуча,
Вбежала в лужу, и, упав, как в ванне разлеглась,
И вскоре Фроська, в удовольствии, на солнце распеклась.
Ей в грязной луже нравится лежать,
И, под лучами Солнца,
хрюкать в луже, и брюзжать.

 


Тут кошка Мурка за Свиньёю наблюдала,
Она поблизости в траве лежала,
Свинью она спросила,
И ей проголосила:
«Зачем валяешься в грязи в грязнущей луже,
Да неужели, грязь и лужа нравится милуше?
Уж лучше, Фроське на поляне бить баклуши».
Свинья прохрюкала ей разъяснительный ответ,
И заодно, решила Мурке дать совет:
«Лежать в грязи – верх удовольствия земного,
И лужа – лучшая подруга для занятия такого.
Поверь мне, Мурка, грязь понравится тебе,
И будешь ты мечтать о луже, даже, в зимнем сне.
Шагай скорее в лужу, там, где грязь,
Ложись, скорей, и падай в лужу, прибодрясь.
И хвост в грязи помоешь,
И в удовольствии утонешь.
Лежать в грязи, средь лужи, – это же чудесно!
И миру свиньи подтвердят – полезно!»

 


В двуногом стаде, также, есть такие «мудрецы»,
И, чаще, ведь совсем не подлецы,
Которые в грязи, и в луже сами,
И всех толкают в лужу своими же хвалами,
И зазывают в лужу всех знакомых и друзей,
своими голосами.
Им лужа – удовольствие сплошное.
Ты в грязь и в лужу не стремись.
И выбери иное.
___

 

 

 

 

 


Страус…

басня

 


Решил, однажды, Страус ввысь взлететь,
Ему сказали: «Птице, только, нужно захотеть!»
Он всем своим сородичам сказал:
«Я птица, но ещё по небу не летал.
Ведь, страус – тоже, как царь-птица!
И я взлечу! Хотя бы, низко, как синица».

 


Вот, он бежит, и крыльями своими резво машет,
И всю саванну будоражит.
Читает, про себя, заученный стишок,
Вот, разбежался, и прыжок…
Как хочется поднять себя в полёт!
Но у него, опять, не получился взлёт.

 


Наш Страус делает ещё одну попытку,
И только лишь, себе устроил пытку,
Он в небо очень хочет полететь,
Но, от земли, никак не может
оторваться, и взлететь.
Расстроен, и, в печали, Страус.
Такой вот, казус.

 


Проделал Страус несколько попыток,
Хоть, силы в нём – переизбыток.
Но крылья, у него, слабы,
И Страус создан лишь, для бега и ходьбы.
Взлететь ему не удаётся,
И с крыльями своими,
лететь, над облаками, не придётся.

 


Коль ты, летать, природою не создан,
Такой талант не всем, от неба, и,
с рожденья, роздан.
Без самолёта, вертолёта или шара – не взлететь.
И никуда не улететь.
___

 

 

 


Лиса – Вице-мэр

басня

 


Таёжный царь Медведь –
(Вот, ну и ну! Так зачерстветь!) –
Лису назначил к Тигру Вице-мэром!
(По-блату, как сестрицу друга-кавалера),
И из бюджета местного,
вдруг, деньги стали исчезать,
Куда уходят – не понять.
И в результате аудита,
(Забава есть такая у элиты)
Всем- всем, и Тигру Мэру ясно стало –
(Не избежать всей мэрии скандала) –
То, что Лиса разворовала деньги из бюджета.
А главное, об этом всём узнала местная газета.

 


Ну, а Лиса, перед коллегами, хвалилась, –
(Такой хитрющей хвастунишкой уродилась):
«Да, я – Лиса!!! И в мэрии всегда незаменима!
Непотопляема, и для врагов непобедима!
Вот – мои зубы! Вот – мой предупредительный оскал!
Пусть знают те, кто ранее ещё со мной не враждовал,
Кто о могуществе моём ещё не знает, и не знал!
И пусть меня всегда боятся,
Все те, кому бы, лишь бы, только надо мной смеяться.
Пусть все чиновники, передо мной трепещут,
Особенно все те, кто за спиной моею, обо мне клевещут!».

 


Бумаги аудита послали прокурору,
Чтоб попугать весь лисий клан,
и лисью воровскую свору.
Ну, а Медведь Лису уволил ненадолго,
(Пусть отдохнёт шалунья-балаболка).
Газета бросилась в скандал, –
Да кто же склок газетных не читал и не видал?

 


И что Лиса?
Что скажут наши небеса?
С неё всё так же, как с гуся вода.
Лиса – треть суммы, сразу, прокурору отдала,
И быстро дело замела.
Медведь, немного погодя, её инспектором пристроил,
И вновь, ей жизнь прекрасную устроил.
Хотя, и пишут все газеты о Лисе,
Но, всё же, больше о преступнике Гусе.
(Тот, что убил семнадцать душ,
Чтоб вырвать акции и кушь).

 


Пока все прокуроры денежки берут,
Лису в тюрьму они не заберут –
Газеты, с данным выводом, не врут.
Да и Медведи – президенты и цари,
Ведут себя, как мыльные пустые пузыри.
___

 

 

 


Шакал – шпион

 


басня

 


Шакал назначен был шпионом, –
Сам Волк, служитель Льва, ему вручил погоны.
Теперь Шакал – есть тайный офицер,
И он, отныне, в центре очень важных дел.
Кто против Льва, царя – тот злейший враг зверей!
И экстремиста надо засадить в тюрьму, быстрей!
Врагам зверей нет места на планете!
Шакал всегда мечтал шпионом лучшим стать на свете.

 


Шакал речами Волка вдохновлялся,
И, как положено, поклялся:
«Я, как Шакал, и, как шпион,
исполню продиктованный приказ,
Как Лев, наш царь, велит, и, как велит его указ.
Враги зверей познают мрак и тьму,
Я буду экстремистов всех сажать в тюрьму!»

 


Повсюду «враг зверей» – есть базовый ярлык,
В угоду Льву, и чтоб задобрить местных всяческих владык.
Врагом зверей, Шакал всех неугодных объявляет,
И всех подряд, в угоду Льву, сажает.
И Волку шлёт отчёт,
И дарит Лев Шакалу деньги, ордена и всяческий почёт.
И вот, уже в тюрьме сидит Баран,
И срок его, как будто, он убийца, или бандюган.
Медведя ложно обвинили в подготовке мятежа,
А с ним, его знакомого Ежа.
И к смертной казни подведён и Ёж, и наш Медведь, –
Шакал для всех стал, как невидимая плеть.
Чем больше пересажено всех, «типа экстремистов»
и политических врагов,
И казнено всех диссидентов – лисиц, гепардов, зайцев, барсуков,
Чем больше обезврежено враждебных болтунов –
Тем больше у Шакала премий, званий, и всевозможных орденов.

 


Чтоб властное ворьё спокойно воровало и плясало,
Всегда найдутся в обществе шакалы.
И чтоб режим, от СПАРТАКОВ народных ограждать,
И охраняя олигархов, во всём, им, олигархам, угождать,
Приказ дают – в тюрьму врагов зверей сажать!

 


Как на Востоке и на Юге говорят –
(то мудрость аксакалов):
«И степь, и лес – не без шакалов».
___

 

 

 

 

 

Сбежавший Ишак

 

басня

 


Ишак решил из дома убежать,
И от хозяина сбежать.
И он делился, планами, с хозяйским Индюком:
«Я не хочу жить в положении таком,
Я с давних дней мечтаю о другом.
Мне надоело на Хозяина ишачить и работать,
Ведь я не праведная лошадь.
И вся хозяйская работа –
То мне, ненужная забота.
Иа! Иа! Я буду жить в степи,
Ты о моём уходе громко не вопи.
Да там трава вкуснее! И бесплатно!
И наша степь для травоядных – благодатна!
Мы ишаки, вокруг – умнее всех!
Мне надоело жить без всяческих утех.
А между нами, ишаками – я самый-самый умный!
И очень-очень праведный и мудрый.
И как стемнеет, ухожу, пока забор и хлев в ремонте,
Жизнь новую начну на новом горизонте».

 


Ушёл Ишак, в ночи, степной своей дорогой,
От жизни, дескать, никудышной и убогой.
Там степь с травой! Ишак ушёл туда,
Крича «Иа!», сбежал от скучного труда.

 


Через два дня, Ишак, гуляя, жил в степи.
Себя, мол, он избавил от работ, и от цепи.
И радовался жизни своей новой,
Траве степной, и очень вкусной, и зелёной.
Как жизнь его, теперь, прекрасна!
И шёл сюда он не напрасно.

 


Но жизнь полна опасностей, и всяческих сюрпризов,
И неожиданных капризов.
На третий день три волка к Ишаку явились,
И радостно в него вцепились.
Вот, это – да!
Ишак наш громко заорал: «Иа!».
И к счастью, мимо мчался Всадник на коне,
Он, тут же отпугнул волков, стрельбой, на скакуне.
Ведь, чуть не съели волки Ишака,
Ох, как же, жизнь копытная зыбка!
Его спас Всадник и ружьё.
Где травоядные, там хищники, ворьё и вороньё.
И Всадник Ишака увёл на скотный двор,
Не страшен Ишаку, теперь, ни серый волк, ни вор.

 


Хозяину вернули Ишака,
Зажили все, искусанные волками, бока.
Теперь Ишак, опять, работает, как раньше,
Сейчас считает, что судьбы его – нет краше.

 


Так всюду жизнь устроена – что охать, что не охать.
Ишак ты, или не ишак,
чтоб жить, – придётся, всё-таки, вертеться и работать.
___

 

 

 

 

 

Змея

басня

 


Змея решила дно морское посетить,
Чтобы рекорд, по глубине, установить,
И мир змеиный удивить.
Змея, всем местным змеям, прошипела,
Как будто бы, с ума сошла и отупела:
«Пусть, о моём рекорде, знает королева и принцесса,
Пусть впишут в книгу Гиннеса рекорд,
для любопытных, и для интереса.

 


Змея от берега сползла,
И в море уплыла.
Потом нырнула в глубину,
Как будто, птица улетает в вышину,
И устремилась, быстренько, ко дну.
А там, у дна, – холодная вода,
Температура – чуть повыше, чем у тающего льда.
А змеи, в таком холоде, колеют или гибнут,
(И перед смертью, даже, не воскликнут).
И вот, Змея, немного не доплыв до дна,
(А там была уже, большая глубина),
Замёрзла и остановилась,
И всё сознание её, в пучине закружилось.
Она, от холода, совсем не чувствует себя,
И смерть уже, приплыла к ней, ей тело теребя.
Но море смилилось над нашею Змеёй,
И подхватив её, своей подводною волной,
На берег, выбросив её, ещё чуть-чуть живую,
Ей тёплый дождь, потом, послало, в погоду дождевую.
Но умерла Змея в конце недели,
От жажды славы, и от всей своей тупой затеи.

 


Ты тоже не стремись к известности нелепой,
И славу не зови, с опасности свирепой
(Адреналин бьёт нерв души твоей раздетой).
Коль опыта в затейном, и в опасном деле нет,
То отмени опасную затею – вот совет.
Где рок, опасность, трюк – там, рядом, смерть гуляет,
Мечта о славе, – глупость делать заставляет.
Отвергни смерть!
Жизнь в счастье, – это в суматохе круговерть.
Ты от затей, своих, смертельных, откажись,
От трюков, всех опасных, как от смерти отвернись, –
И хоть, чуть-чуть, угомонись.
___

 

 

 

 

 


Попугай Филька и Хозяин

 

басня

 


Хозяин жил с Котом и Филькой Попугаем,
Вино частенько попивая.
Но он не пил один,
(Ни как, какой-то алкоголик и кретин),
И Фильке Попугаю наливал,
И тот вино из блюдца попивал.
И проводили они в пьянстве дни, вдвоём,
А Васька Кот непьющим был, и жил в углу своём.

 


Кот Васька с Попугаем немножко враждовал,
И Кот за хвост, слегка, его кусал,
И разные нетяжкие проблемы Фильке создавал.
Вражду затеял первым Попугай,
Теперь, ему всегда, от Васьки, дальше отлетай.

 


И коль, Хозяин всё попропивал,
То Попугай всегда ему, советуя, кричал:
«Хозя-я-ин, денег не-ет! Бадья пуста-а!
Зачем нам Васька-а Кот?!
Давай пропьё-ём Кота-а!»

 


Но кто, же купит серого Кота,
А хочется напиться, как балда.
А Попугай всё требует вина,
Ну и Хозяин, также, пал до дна.

 


Характер Попугая обнажает свойства,
И Попугай орёт, и кажет недовольство:
«Хозя-я-ин, денег не-ет! Бадья пуста-а!
Зачем нам Васька-а Кот?!
Давай пропьё-ём Кота-а!
Давай пропьё-ём Кота-а!
Давай пропьё-ём Кота-а!»

 


Но нет! Кота никто не купит.
Спиртное человека, губит,
Но все советы Фильки он одобрил,
И Попугая хитренько задобрил.
И в птичью клетку Попугая засадил,
Коль Попугай идею запустил.
И взял Хозяин клетку с Попугаем,
На рынок тут же снёс, куплеты напевая,
И продал Попугая забияку,
Как, словно, деревяшку или желязяку.
А у хозяев новых Филька воли не имел,
Отныне, в клетке птичьей он сидел.
Ну, а Хозяин бывший накупил вина,
(Ведь всё-таки весна),
И после, тут же сел в трамвай,
Ох, по совету Попугая, пропит сам же Попугай.
И в клетке Попугай теперь живёт,
судьбу свою ругая,
Ах, жалко Попугая.

 


Но Фильке Попугаю я скажу,
Мораль ему перескажу:
«Ты, Филька, сам глупец,
Ведь ты совсем не добрый молодец!
Ведь ты попал в беду,
Которую готовил хозяйскому Коту.
Хозяину идею о его продаже подарил,
Да в жернова своей идеи, сам же угодил.
Ты никому таких несчастий больше не желай,
Свободу всех друзей, и всех знакомых, уважай.
И, может, сам таких несчастий избежишь,
И совесть чистой сохранишь.
___

 

 

 

 

 


Обезьяна Чичи и яблоки

 

басня

 


Хозяин, Обезьяне своей, благотворил,
И на прогулке фрукты ей купил –
Пол-ящика душистых красных яблок
(А Обезьяна из колоды зубоскалок).
Чичи с ним в парке отдыхала,
Сидела на скамейке и скакала.
Возможно, яблоки Чичи не очень уважала,
Лишь пару яблок съела, и тут же зажужжала,
И жестами, зачем-то, прохожих устрашала.

 


Оставшись ненадолго без присмотра,
Она себя почувствовала бодро.
Хозяин покупал билеты на аттракционы,
И приказал ей соблюдать порядок и законы.
И вскоре, в одиночестве и, видимо, от скуки,
У Обезьяны зачесались руки.
И Обезьяна стала яблоки кидать в прохожих,
А заодно, всех дразнить, корча рожи.
(Ох, поведение её – ну, никуда негоже).
И яблок брошенный летит, то в голову, то в ухо,
И без разбору –
что бабулька перед нею, или молодуха.

 


Ворона с любопытством, каркнув, подлетела,
Она с верхушки дерева, спланировав, слетела.
Вороне Обезьяна объяснила,
И быстро разъяснила:
«Ох, как люблю я, иногда, похулиганить,
Кидать в прохожих фрукты, или барабанить!
Но коль кидать – уж лучше помидоры,
А я себе всегда прощу свои задоры!
Ух, помидором кинуть, – было бы смешней!
Да и, намного веселей!
И я кому-то, в этой череде,
Кидаю яблок для кого-то, по балде.
И если попаду в чердак,
То в той башке начнётся развесёлый кавардак.
Иль, замочу, кому-то, яблок в ухо,
Вот, это – веселуха!
Не хуже, чем в весёленьком кино.
Мне весело! И окружающим – смешно!»
Ворона покачала головой, и крыльями взмахнула,
И побыстрее упорхнула.

 


И у людей, у многих,
есть в мозгах подобные изъяны,
Такие не умнее этой Обезьяны.
А, может быть, ещё в сто раз её глупей,
И в миллионы раз наглее и тупей.
___

 

 

 

 

 

Царь Лев и хищники-чиновники

 

басня

 

 

 

Царь Лев решил всех губернаторов сменить,
И в царстве фауны всё заменить и изменить.
Ему приносят, ежедневно, много жалоб,
И ходоки, с проблемами, приходят постоянно, и немало.
И экономика в упадке,
Казна везде полупуста,
и лишь, чиновники жируют, и в достатке.

 


И Лев всем приближённым объявил,
На всю планету заявил:
«Пусть, будут губернаторы другие,
А не ворюги-жулики лихие.
Я Царь! И губернаторов, везде, за месяц поменяю,
И всё ворьё пересажаю».

 


Повсюду, губернаторов, Лев быстро заменил,
И очень многих расхитителей по тюрьмам рассадил.
Но губернаторы, как раньше, вновь – все хищное зверьё,
И выяснилось, позже, что такое же ворьё.
Все губернаторы – гиены, волки, и шакалы,
Акулы, коршуны, и всякие нахалы.
И нет покоя фауне земной,
И всюду, – новый клан, грабительский, блатной.

 


Прошло пять лет, и Лев подвёл итог.
Итог мозги ему ошпарил, словно кипяток!
Всё также грабится, чинушами, казна,
Как будто бы, прошла жестокая война.
Что значит, если вор меняется на вора,
А хищник хищником сменён, – вот, – смех, и вот, – умора.
А жалобы в Правительство, как раньше звери шлют,
И ходоки, потоками, к Правителю идут.

 


Возможно, Лев не знает,
И плохо механизмы государства понимает –
Когда вся власть – одна колода,
И властный цех – родня, из одного болота,
Понятно, даже, и верблюду,
Когда у власти хищники, повсюду –
Не быть экономическому чуду.
Что из казны, тогда, чинуши будут воровать,
И граждане, повсюду, будут прозябать,
И труд не будет процветать.
Лишь, будет богатеть ворьё,
Да наглое блатное вороньё.

 

___

 

 

 

 

 

Щука

 


басня

 


«Средь рыб, хвалилась Щука, поутру:
«Я Щука, и подобна бриллианту, или серебру!
Я, в нашем озере – царица!
Передо мной дрожит любая рыбка-баловница!
Ведь, я могу любую рыбку, пастью зацепить,
И, тут же, проглотить.
Я в телевизор закажу два щучьих клипа,
Пусть, знают все: Я – щука! Я – царь-рыба!»

 


И начала охоту наша щука,
Ох, и гадюка!
Она мальков ловила, и глотала,
И никогда глотать не уставала.

 


И щука наша тут, погналась за гольяном,
Чтоб съесть гольяна, рьяно.
Но, упустив его, другую рыбку съесть решила,
Что на пути, как будто бы, красивая застыла,
И щука эту рыбку заглотила.
Но, то была наживка на крючке, на леске,
Блестела та наживка под водою, в блеске,
И щуку потащил рыбак на берег, вверх,
И царский титул, у царицы, сразу же, померк.
Попалась на крючок озёрная царица,
Финал её закончится в котле,
как, у подстреленной охотниками, птицы.

 


Царица озера попалась на крючок,
В попытке съесть гольяна, попала рыбаку в сачок,
Потом в котёл, и на огонь,
Такая балабонь.
Царица самозванка,
тут, оказалась сущим злом,
Котёл в печи, – ей поделом.
___

 

 

 

 

 

 

 


Лягушка, переквак и Муравей

 


басня

 

 

 

Лягушка квакает на всё болото, звонко,
И ей подружки, все, подквакивают весело и громко,
Вокруг, под солнцем – развесёлый переквак,
И всё болото – это летний кавардак.

 

Лягушачий концерт округу раздражает,
И обитателей, лесных, подальше отгоняет,
И даже, птицы, от болота улетают,
И всех лягушек проклинают.
Ну, а лягушки квакают весь день,
И не берёт их солнечная лень.

 

А в это время, Муравей на берегу работал,
Весь, со своей, о муравейнике, заботой.
И он спросил их Старшую Лягушку,
Свою болотную подружку:
«Зачем ты квакаешь, и всех подружек в квак заводишь,
И птичек, от болота, кваком гонишь?!
Зачем, в лесу, нам ваш лягушный переквак?!
Устал, от хора кваков, даже, ржавый старый бензобак,
Что двадцать лет, у берега, ржавеет и лежит,
И сгнить, пока что, не спешит».
И Муравью ответила Лягушка,
Хитрющая квакушка:
«Послушай, Муравьиша!
Здесь лес и глушь, а не бульвар Парижа.
Под солнцем квакать – только в радость.
Ты задержись, послушай наши песни, малость.
Великое искусство – весь, этот наш лягушный переквак!
Я – прима! Мы поём для всех. Вот так!»

 


Cамим лягушкам переквак приносит радость,
А окружающим – усталость.
Когда вы – группа школы, класс, или толпа,
Когда вы на прогулке, в людном месте – шумная гурьба,
Тогда, вы, с шумом, как болотные лягушки в перекваке,
(Хотя вы все не вурдалаки),
Для окружающих людей, вы создаёте дискомфорт –
(Ненужный и неласковый аккорд).
Уж, надо бы, в общественных местах,
вести себя, гурьбой, потише.
Вы слышите, мальчиши и девчиши?!
___

 

 

 

 

 

 

 


Мартышка Хихи – проказница

 


басня

 


Хихи Мартышка, средь хозяйской суматохи,
(Её хозяева – артисты в цирке, скоморохи) –
Одна осталась, на весь день,
в трёхкомнатной квартире.
(И слова не скажи проказнице-задире!)

 


Мартышка захотела чуть-чуть похулиганить,
Развлечься, пошуметь, и в барабан побарабанить.
Расслабиться немного, от души,–
И вот, уже в руках Хихи и краска, и карандаши.
Проказница раскрасила все стены,
(А за обои плачены немаленькие цены),
Для удовольствия, потом,
Мартышка опрокинула сервант,
И в землю, где цветок, зарыла бриллиант.
И ею поразбросаны все вещи, где попало,
Ещё, она одежду краской измарала,
Хихи смеётся и хохочет,
И по мартышачьи лопочет,
А также, стульями грохочет.

 


Хихи посуду, что на кухне, перебила,
И зеркало – гантелями разбила,
Конфеты, с фруктами, по полу раскидала,
И лишь, потом, балдеть в квартире перестала,
(Так как, за день, балдеть совсем устала).
Всё перевёрнуто верх дном,
Как будто, ураган прошёлся через дом.

 


Когда хозяева пришли,
То лишь, руками развели:
«В чём дело? Что, Хихи, случилось?
Или Луна в наш дом свалилась?!»
И отвечала им весёлая Хихи:
«Апчхи!
Я тут расслабилась немного,
С собой играя в осьминога.
На люстре покачалась пару раз,
Ох, искры сыпались из глаз!
И сразу телевизор, вдруг, сломался,
Когда министр на экране улыбался.
Я таз с водой перевернула,
И в землю бриллиант, как семечко, воткнула, –
Пусть вырастут алмазы-бриллианты,
И осенью, алмазами
украсим мои бантики и банты».

 


Хозяева качали головами,
И удивлённо хлопали глазами.

 


Не надо забывать, что всякая мартышка –
Не кошка, не собака и не мышка.
И коль, её оставить без надзора,
Она для всех устроит смеха горы
(Ох, будет, от мартышки, всем умора).
Мартышку вечно надо вразумлять,
И без надзора, никогда, её не надо оставлять.
Ну, и поменьше восхвалять.
___

 

 

 

 

 


Плачущий Крокодил

 


басня

 


Льёт слёзы горькие, и плачет Крокодил,
Он, завывая, зубы крокодильи заострил.
На берегу козлёнок ногу подвернул,
И чуть, в реке не утонул.
Один лежит, и убежать не может,
Но никого судьба козлёнка не тревожит.
А Крокодил всё слёзы льёт, и льёт,
Как будто песню заунывную поёт.
Спросила Жаба: «Крокодюша! Кто тебя обидел?
Иль, кто добычу у тебя похитил?»
И отвечает ей, сквозь слёзы, Крокодил:
«Я тут схватить и съесть козлёночка решил.
Он, вот, лежит с больной ногой, на берегу,
Сейчас к нему я подплыву и подбегу.
Козлёнка жалко мне, ведь съем его сейчас,
Поэтому, я плачу целый час.
Сейчас поплачу, и его схвачу и съем,
Никто козлёнку не помог ничем,
Лишь я один о нём в заботе, и в слезах,
Он очень вкусный в пасти и в зубах».
И Крокодил, всё плача,
поплыл к несчастному козлёнку,
И проявляя крокодильскую силёнку,
На берег выскочил, и нашего козлёночка схватил,
И продолжая плакать,
с крокодильской жалостью, козлёнка проглотил.

 


На выборах мы видим очень часто,
Как рвётся к власти вся чиновничая каста.
И каждый слёзы крокодильи
по стране и по всему народу льёт и льёт,
И говорит, что только он страну и весь народ родной спасёт,
Ну а попав во власть,
как Крокодил, всех избирателей грызёт.
Страну терзает, со слезами крокодильими,
как хищный Барабас,
Вся жалость крокодильская – обман для всех для нас,
И слёзы крокодилии – на публику, для выборов, для масс.

 

___

 

 

 

 

 

 

Раскаявшийся Волк

 

                

           басня

 

 

Когда Волк кается публично,
Прощенья просит самолично,
И слёзы льёт по им же, всем растерзанным баранам,
По козам съеденным, по куропаткам и джейранам,
Клянясь пред камерой для всех телеэкранов  –
Пусть знает лес, по опыту своёму,
Пусть помнят рыбы в местном водоёме –
Волк кается тогда, когда он пойман и прижат,
Но многие поверить Серому спешат,
Особенно, которые закон и суд вершат.
Нельзя раскаяниям разным волчьим верить,
А лучше, сразу, наказание ему суровое отмерить.
И объявить, публично, приговор,
Как требует закон, и честный строгий прокурор.
 
 
 
Злой, кровожадный Серый Волк,
Сначала был отпущен под залог.
Ну, а потом, ему объявлен был условный срок –
Так как, покаялся в суде в последнем слове,
И все забыли, сразу же, о выпитой им кро́ви,
И обо всех растерзанных копытных,
О преступлениях жестоких и бесстыдных, –
Ведь Волк прощенья попросил,
У тех, кто Волка нашего судил.
И не прошло двух летних дней, 
(Жара сильнее, и сильней),
Волк вышел на разбой,
(Чтобы кого-нибудь загрызть, 
                     и приволочь домой).
Он вышел на поляну, у тропы,
Устав немножечко от собственной ходьбы,
И затаился под кустами,
Мечтая Кабаргу загрызть зубами,
Что часто здесь, поутру, пробегала,
И аппетит для Волка, в мыслях, возбуждала.
И вот, шагает Кабарга,
И распечалилась тайга.
Наш Волк по волчьему вскочил,
И к Кабарге, беспечной, подскочил.
И молвил Волк несчастной Кабарге:
«Послушай милая, я весь в большой тоске!
Ведь, из копытных, ты родная, всех вкусней,
Всех ароматней и сочней.
Тебя сейчас я загрызу!
И в свою но́ру унесу!
И съем тебя – ты мой обед!
Плевать мне на законы, 
                и на всяческий запрет!»
И наш раскаявшийся Волк,
Судом прощённый, словно впрок.
Вонзил все зубы в молодую Кабаргу,
Чтоб сделать из неё себе рагу́.
И поволок в свои холодные владенья,
Довольный жизнью, аж до обалденья.
___
 

 

 

 

 

 

                                         __________

 

                                                                                                                                                                                                                             Книгу "Басни Грэй-Биркина" можно скачать бесплатно со страницы "Произведения" или с яндекс-диска по ссылке -- 

 https://yadi.sk/d/BqS7cI_8ZDqTq

 

 

Александр Грэй-Биркин